28584 автора и 62 редактора ответили на 85143 вопроса,
разместив 134970 ссылок на 43289 сайтов, присоединяйтесь!

Что такое преступное поведение?

РедактироватьВ избранноеПечать

Преступное поведение — это поведение человека, отдающего себе отчет в своих поступках и способного руководить ими в результате чего совершается преступное деяние.

Бездействие — пассивная форма преступного поведения, которая в отличие от действия, т. е. малейшего движения, заключается от всякого движения, т. е. в невыполнении лицом того действия, которое оно должно и могло бы выполнить.

Преступное поведение по своей природе совпадает с преступлением в уголовно-правовом смысле. Об этом указывает и Ю.М. Антонян: «принято думать, что преступное поведение – более широкое понятие, чем преступление. Это заблуждение, поскольку оба термина подразумевают одно и то же явление социальной жизни. Разница между ними состоит лишь в том, что первый описывает и оценивает его с правовых, а второй – с криминологических, точнее криминолого-психологических позиций. Но речь всегда идет об одном и том же».

 

Стадии преступного поведения

Стадии преступного поведения и стадии совершения преступления должны быть тождественными, ими должны быть: стадия приготовления к тяжкому и особо тяжкому преступлению, стадия покушения на преступление и оконченное преступление. Но в криминологической и уголовно-правовой науке встречаются различные точки зрения относительно понятий стадий преступления.

Н.Н. Лазуткин считает, что стадии совершения умышленного преступления с криминологической точки зрения и указанные стадии с уголовно-правовой точки зрения – это неоднозначные понятия. По его мнению, под стадиями совершения преступления с уголовно-правовой точки зрения следует понимать: приготовление к совершению тяжкого и особо тяжкого преступления; покушение на преступление; оконченное преступление. А под криминологическими стадиями развития умышленного преступления следует понимать: возникновение умысла; формирование умысла; сформирование умысла; выявление умысла; приготовление к совершению преступлений небольшой и средней тяжести; приготовление к совершению тяжких и особо тяжких преступлений; покушение на преступление и оконченное преступление.

В данном случае происходит подмена понятия «преступное поведение» понятием «механизм преступного поведения». Это можно доказать например, тем, что Н.Н. Лазуткин считает, одной из стадий преступного поведения возникновение умысла. В Уголовном кодексе РФ нет ни одного состава преступления, ответственность за которое наступало бы лишь за возникновение умысла. То же самое можно сказать, например, о называемой им стадии «приготовление к совершению преступлений небольшой и средней тяжести». В ч. 2 ст. 30 УК РФ категорически сказано, что «уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлениям». Поэтому поведение на указанных стадиях не может быть преступным, так как оно не наказуемо, за него уголовная ответственность не наступает, и оно не регламентировано уголовно-правовыми нормами.

Г.Ш. Глонти считает, что «нельзя рассматривать преступное поведение как длящийся процесс, включающий в себя не только конкретные действия, но и психические явления, которые предшествуют такому поведению, по следующим основаниям:

а) преступное поведение, как и любое другое поведение, является объективной категорией и не может включать в себя «свои истоки». Для этого имеются другие понятия: причины преступлений, механизм преступного поведения;

б) психические явления и процессы, обусловливающие преступное поведение, могут зародиться у субъекта задолго (за день, неделю или год) до конкретного противоправного акта. Поэтому нельзя их включать в понятие преступного поведения, которое имеет четко ограниченные временные границы».

Преступное поведение имеет строго очерченные временные границы, совпадающие по времени с совершением преступного деяния. Хотя временные, как и пространственные, границы преступлений могут быть различными. Поэтому преступное поведение может длиться годами (при длящихся и продолжаемых преступлениях), а в виде отдельных действий – протекать мгновенно. Оно способно охватить огромные территории, например, при ведении агрессивных войн и совершении преступлений против человечества, а в мирное время проявляется в организованной преступности — как поведение преступных организаций. Уголовно наказуемое поведение может уместиться и на площади коммунальной кухни, и в тамбуре вагона.

Ю.М. Антонян видит различие понятий преступного деяния в уголовно-правовом и криминологическом аспектах в том, что в криминологическом плане преступление имеет более выраженную эмоциональную окраску: «в криминологическом плане преступное деяние представляет собой такое всегда мотивированное преступное поведение, которое обычно отличается существенным эмоциональным напряжением, вызывает негативную реакцию общества и отрицательным образом сказывается на самом виновном». То есть вся эмоциональная окраска преступного поведения и реакция общества на совершенное преступление связаны именно с поведением, которое запрещено уголовным законом. Здесь речь не идет о действиях и мыслях субъекта до совершения уголовно наказуемого деяния.

До совершения преступного деяния возникают лишь предпосылки преступного поведения, которые заключаются в причинном комплексе индивидуального преступного поведения.

Таким образом, нельзя утверждать, что все психологические и средовые предпосылки возникновения преступного поведения можно отнести к стадиям этого поведения. Все указанные выше Н.Н. Лазуткиным стадии: возникновение умысла; формирование умысла; сформирование умысла; выявление умысла – это всего лишь причины и условия преступного поведения, а также элементы генезиса преступного поведения. С помощью этих элементов можно уяснить, как зарождаются предпосылки возникновения преступного поведения, как эти предпосылки развиваются во времени и пространстве, и как они трансформируются уже непосредственно в преступное поведение или его стадии в виде приготовления к преступлению и покушения на преступление. Это закономерно, потому что любому объективно проявившемуся действию предшествует субъективный элемент, а именно: формирование соответствующего намерения, без которого такое действие не может быть совершено. Такой субъективный элемент является неизбежной движущей силой любого сознательного поступка, в том числе и преступного поведения. Когда такое намерение (умысел) начинает материализовываться, когда поведение субъекта начинает регулироваться уголовным законодательством, только тогда можно говорить о стадиях преступного поведения.

 

Стадии преступного поведения есть не что иное, как этапы реализации преступного умысла, намерения виновного совершить конкретное преступное посягательство.

Первой стадией преступного поведения, как и первой юридически значимой стадией преступления, является стадия приготовления. Следует отличать формирование умысла от уже наказуемой данной стадии. В литературе встречается утверждение, что «от ненаказуемого проявления умысла приготовление отличается наличием конкретных, реальных действий, воплощающих подобный умысел». Действительно, когда субъект начинает совершать объективную сторону преступления, поведение его становится преступным.

Граница, отделяющая ненаказуемое обнаружение умысла от наказуемого приготовления, достаточно неопределенна, но если обнаружение умысла, хотя бы и выраженное вовне, может носить случайный характер, его отношение к возможному преступному результату носит неопределенный характер с явно невысокой степенью возможности наступления такого результата, то для наказуемых приготовительных действий характерно появление элемента реальной возможности достижения преступного результата, сам же умысел становится более конкретным, специализированным, что придает этим действиям целенаправленный характер. Отсюда следует, что ненаказуемое обнаружение умысла не следует включать в понятие стадий преступления, или преступного поведения.

Покушение на преступление является следующей стадией преступного поведения и представляет собой «начало непосредственного совершения преступления». На этой стадии происходит реальное посягательство на объект, находящийся под охраной закона, частично выполняется объективная сторона конкретного преступления. Виновный выполняет все действия, необходимые для достижения преступного результата, субъективная сторона преступления реализована в предпринятых действиях, он полностью завершил все, что было, с его точки зрения, необходимо для завершения преступления. То, что преступный результат не наступил, вину не устраняет, ненаступление результата – обстоятельство, выходящее за пределы необходимого для уголовной ответственности единства умысла и соответствующих этому умыслу предпринятых действий.

И третьей стадией преступного поведения является оконченное преступление.


Стадии преступного поведения, рассматриваемые с криминологической и с уголовно-правовой точки зрения не одинаковы. Стадии преступления, как и само преступление, с уголовно-правовой точки зрения строго определено уголовным законодательством. В криминологическом же плане стадии, как и преступное поведение в целом, отличаются существенным эмоциональным напряжением, вызывают негативную реакцию общества и отрицательным образом сказываются на самом виновном, о чем было сказано выше. Но не все эти признаки обязательны. То, что при совершении преступления как оконченного, так и не оконченного, преступник эмоционально напряжен, это безусловно. Но противоправные поступки субъекта не всегда осуждаемы обществом. Так, например, если какой-либо член общества самостоятельно разыщет маньяка-убийцу, который погубил десятки жизней и расправится с ним, то другие члены общества его не будут сильно порицать. Наоборот, это встретит одобрение, особенно у родственников и знакомых жертв. Но в данном случае закон все же нарушен, и данный гражданин неизбежно будет подлежать уголовной ответственности. На основании изложенного, с учетом выводов Ю.М. Антоняна, можно определить, что стадии преступного поведения с криминологической точки зрения – это всегда мотивированные этапы реализации преступного умысла, намерения виновного совершить конкретное преступное посягательство, которые обычно отличаются существенным эмоциональным напряжением, вызывают определенную (в большинстве случаев отрицательную) реакцию общества и негативным образом сказываются на самом виновном.

 

Мотивация преступного поведения

 

1. Понятие и структура мотивации

Характерная черта индивидуального преступного поведения состоит в том, что наряду с внешними факторами (причины и условия) его обусловливают и внутренние (психологические) факторы. Явления внешней среды становятся мотивообразующими, побуждающими силами поведения, только преломившись в сознании личности. При этом социальная детерминация противоположного поведения реализуется не по простой формуле "стимул-реакция". В его генезисе важную роль играют психологические явления, состояния и процессы, протекающие в сознании человека. В качестве таких посредствующих личностных факторов преступного поведения выступают потребности, интересы, ценностные ориентации, социальные установки и иные элементы психологической структуры личности.

В диалектико-материалистическом объяснении причин конкретных преступлений им отводится важная роль, в особенности когда речь идет о непосредственных психологических побуждениях — мотивах преступного поведения. Изучение преступного поведения неизбежно приводит к рассмотрению его мотивации как ближайшей и непосредственной личностной детерминанты. "Мотивация — это через психику реализующаяся детерминация. Учение о мотивации выступает как конкретизация учения о детерминации" Поэтому процесс мотивации приобретает серьезное значение в теоретическом анализе механизма противоправного поведения, в выявлении сложных процессов перехода социального в индивидуальное и индивидуального в социальное.

До последнего времени в социально-психологическом аспекте проблема мотивации в правовой литературе не изучалась. Такие психические явления, как мотив, цель, аффект и другие психические процессы и состояния традиционно рассматривались лишь в качестве элементов правового анализа, проводимого при квалификации совершенных деяний, т. е. в пределах схемы, выработанной в уголовном законодательстве. Между тем проблема мотивации является одной из ключевых в социально-психологической характеристике любой человеческой деятельности. В качестве таковой она активно разрабатывается в общепсихологической и социологической литературе.

Понятие "мотивация" имеет два значения. Во-первых, этим понятием обозначается процесс формирования и возникновения мотива поведения. Во-вторых, понятием мотивации обозначается совокупность побуждений (потребности, интересы, привычки и т. д.), которые могут выступать в качестве мотивов противоправного поведения. В данной главе понятие мотивации употребляется в его первом значении, т. е. для обозначения процесса возникновения мотива и цели преступного поведения. Подобный подход позволяет проследить социальную детерминированность мотивации и функции, выполняемые ею в механизме преступного поведения. Изучение мотивационной сферы преступного поведения способствует выявлению места и роли, выполняемых в механизме преступного поведения потребностями, интересами, привычками человека, она является основой "диагностики" социальных ценностей личности.

Мотивация преступления, как и все психические процессы, относится к фактам поведения, непосредственно наблюдаемым. Однако это не означает ее нереальность. Психические факты и процессы существуют реально наряду с физическими действиями и вещественными элементами преступления. Они имеют материальную основу. Психические элементы, входящие в мотивационный процесс, "записаны" в нервных клетках мозга человека в виде определенных белковых образований. Мотивация преступного поведения, будучи невидима, является не менее реальной, чем, следы, орудия и результаты преступления, которые непосредственно воспринимаются через органы чувств.

В механизме преступного поведения процесс мотивации выполняет одновременно две основные функции — отражательную и побудительно-регуляционную.

В научном плане наиболее разработана побудительно-регуляционная функция мотивации.

Экспериментально установлена активирующая роль мотивации. Ее наличие является необходимым условием внутренней (психологической) подготовки действия или воздержания от него. Мотив возбуждает волевую энергию как в простой мускульной, так и в сложных видах деятельности (мыслительной, поисковой, творческой и т. д.) Психологи полагают, что процесс мотивации действующего лица может быть конкретно оценен в определенных "единицах поведения", в виде действий, деятельности.

Применительно к отражательной функции мотивации наиболее разработаны положения о роли ценностных ориентаций личности при "переводе" внешней детерминации поведения во внутреннюю; о социальных потребностях как основе и переходном звене преобразования внешних детерминантов в непосредственные побуждения (мотивы) преступных деяний.

Мотивация как процесс всегда входит в структуру механизма преступного действия или преступной деятельности лица. Изучение мотивационных факторов в качестве элементов механизма преступного поведения позволяет преодолеть сложившееся традиционное рассмотрение их в правовой теории вне деятельности лица, проводить их исследование с методологически единых позиций, выясняя их место в структуре различных форм преступного поведения, а также функции, выполняемые ими в период подготовки и осуществления преступления.

Подобный подход опирается на общенаучные данные анализа мотивации поведения, полученные в общей психологии и ее отраслях. Речь прежде всего идет о разработанных психологической наукой теории деятельности и схеме мотивации поведения.

В зависимости от механизма действия, наличия или отсутствия в нем этапа мотивации различают рефлекторные, импульсивные, инстинктивные и волевые действия. Рефлекторные и инстинктивные действия не требуют мотивации, осознания цели и регуляции в соответствии с ней, а совершаются автоматически. Среди правонарушений с подобными действиями встречаться не приходится.

При изучении преступного поведения практически приходится иметь дело с двумя видами действий — волевыми и импульсивными. Импульсивное действие — это действие-разрядка , действие-вспышка, когда исходное побуждение (раздражение, недовольство и т. п.), созданное ситуацией, без взвешивания оценки его в качестве мотива, непосредственно переходит в действие.

Волевое действие является сознательным актом поведения. От рефлекторных, инстинктивных и импульсивных действий оно отличается содержанием и структурой. Волевое действие имеет смысловое содержание, которое определяется в значительной мере его целью и мотивом. Совершению волевого действия предшествует внутренний процесс в виде его мотивации. При этом побуждение, прежде чем перейти в действие, осознается лицом как мотив действия, а исполнение волевого действия регулируется лицом в соответствии с его целью. Таким образом, можно сказать, что мотивация является структурным компонентом механизма волевых действий и отсутствует в рефлекторных, инстинктивных, импульсивных действиях.

Глава 2 УК ЭР "О преступлении" строится с учетом этого положения научной психологии. Сущность волевого деяния состоит в активном стремлении лица добиться осуществления определенной цели независимо от того, совпадает ли она (при прямом умысле) или не совпадает (при косвенном умысле и неосторожности) с наступившими общественно опасными последствиями.

Изучение следственной и судебной практики показывает, что конкретные преступления могут выступать в форме простого и в форме сложного волевого акта. Простым волевым актом, имеющим мотивационный механизм, является преступное действие. Сложным волевым актом является преступная деятельность, которая складывается из ряда действий-эпизодов. В обоих видах преступного поведения имеет место мотивация, определяющая выбор субъектом целей и средств их достижения, содержание и направленность умысла.

При анализе механизма преступного поведения не следует смешивать мотив преступления с его целью. Цель возникает как форма реализации мотива, а сама реализуется в действии и его результатах. Цель — это предвидимый и желаемый результат, которого стремится достичь лицо путем совершения преступных действий (бездействия).

Цель как образ, как внутренняя модель желаемого результата поведения обеспечивает возможность предвидения событий и регуляции поведения. Необходимым моментом целеобразования является предварительная априорная оценка предстоящей деятельности как "выполнимой" или "невыполнимой". Только признав, что намеченная цель выполнима, субъект приступает к деятельности. Образ цели выполняет две функции: функцию предвидения, носителя программа поведения на основе ее сопоставления с информацией, поступившей в ходе исполнительной деятельности. Субъективный образ цели (желаемого результата поведения) присутствует в каждом волевом акте поведения. Превращение субъективной цели в материальный результат — это превращение элементов сознания лица в объективную реальность.

В обыденном словоупотреблении мотив и цель нередко считаются синонимами. А в психологическом и правовом смысле они различаются как самостоятельные понятия. Мотив приводит к постановке цели, но сам не является ею. Он — стимулятор, побудительная причина, лежащая "впереди" акта поведения. А цель — это мысленный результат поведения, который лежит "позади", в конце этого поведения.

Понятие мотива охватывает лишь представление о побуждениях, источниках активности личности и ничего не говорит о ее целях. Это положение научной психологии нашло отражение в уголовном законодательстве, где мотив и цель определяются не в одном, а в двух самостоятельных понятиях. Различие функций, выполняемых в индивидуальном преступном поведении мотивом и целью, делает нецелесообразным употребление для их обозначения одного термина.

Как компонент преступного действия, цель выполняет определенную функцию. В виде осознания действующим лицом объекта (предмета или лица), на который направляется его действие, а также желания достижения конкретного результата. Между целью и результатом преступного действия существует прямая и обратная взаимозависимость. Результат зависит от цели лица. Однако сама по себе цель, будучи "идеальной силой" поведения, не порождает результатов. Для ее осуществления нужны реальные средства и определенные действия лица. В силу этого преступный результат является продуктом не самой цели лица, а его практических действий. Этим же объясняется, что преступный результат по отношению к цели лица может быть прямым или побочным.

Прямой результат — тот, который входил в цель лица. В зависимости от объема выполнения цели прямой результат может полностью соответствовать цели действия и являться "выполненной целью". При вмешательстве объективных, независимых от воли действующего лица сил прямой результат может и не совпадать по своему объему с целью. В частности, цель может быть реализована не до конца и результат быть "меньше", чем намечавшаяся цель. Несовпадение цели и результата выступает в этом случае в форме "недовыполнения" цели. Типичным примером является покушение на совершение преступления, когда цель преступления не осуществляется до конца по причинам, не зависящим от воли виновного.

Отношения между результатом и целью могут выступать и в форме "перевыполнения" цели. В этом случае результат действия "превосходит" предполагаемую цель и содержит, сверх ожидаемого, непредвиденный результат. Примером является умышленное причинение тяжких телесных повреждений, которые повлекли за собой смерть потерпевшего, хотя это и не входило в цель действовавшего лица.

Кроме этой группы последствий, являющихся реализацией и выражением сознательной цели лица, действие может дать и другие, непреднамеренные результаты. Они возникают в силу рассогласования меду целью и желаемым результатом в стадии исполнения действия и выступают для действующего лица в качестве побочных, нежелаемых результатов его действий. Этим объясняется, в частности, структурное и смысловое различие соотношения цели и результата в механизме умышленных и неосторожных преступлений. В умышленных действиях результат охватывается целью действующего лица. В неосторожных действиях цель охватывает непосредственно лишь прямой результат. Побочный же результат действия целью лица не охватывается.

2.Формирование мотива преступления

Закон не раскрывает понятия мотива преступления. Происходя от латинского термина motum, мотив дословно означает "двигатель", т. е. то, что движет человеком в его деятельности. Понятие мотива поведения явилось предметом исследования многих психологов. Оно связано с разнообразными психологическими концепциями, теориями и школами, в которых это понятие определяется далеко не однозначно. Одни из авторов считают мотивами любые побудительные силы, любой источник активности человека. Другие понимают мотив лишь как осознанную потребность, а все иные психические феномены рассматривают в качестве производных от потребностей. Третья точка зрения выводит мотив за пределы психического, именуя мотивом объективный предмет потребности. Ряд психологов считают, что мотивом является не каждое побуждение, а лишь побуждение, порожденное ценностью (значимостью) предмета (явления, лица, ситуации и т. д.), способного удовлетворять какую-либо потребность личности.

Несмотря на различия в определении мотива, даваемом разными авторами, его содержание в общем достаточно сходным образом раскрывается в таких понятиях, как "побуждение", "побуждающая причина", "психологическая причина", "внутреннее побуждение", внутренняя сила", "субъективная необходимость действия" и т. д. Из этого можно сделать вывод, что мотив в психологии определяется большей частью в понятиях функции, выполняемой им в поведении.

Мотив преступления — то внутреннее побуждение, которое вызывает у лица решимость совершить преступление и руководит им при его осуществлении. Побуждения являются формой отношения лица к окружающей среде как к источнику их удовлетворения. Будучи побуждением, мотив всегда направлен на тот или иной объект (лицо, предмет), который выступает в качестве средства его удовлетворения.

В мотиве преступления находит отражение также и личностный смысл совершенного человеком поступка. У личности — широкий диапазон побуждений, что обусловливает многоплановость и многосторонность мотивации действий. В конкретной ситуации личность отдает предпочтение определенным мотивам, которые становятся ведущими, главенствующими в поведении. Они отодвигают в сторону или подчиняют остальные побуждения.

Выявление мотива ведет к раскрытию смыслового содержания преступных действий, помогает установлению характера события преступления. Одновременно мотив является одним из признаков, характеризующих личность обвиняемого. Мотив преступления, как более или менее отчетливое побуждение к определенному действию, порождается различными внутренними и внешними факторами. Их принято именовать мотивообразующими. К числу этих факторов относятся потребности, интересы, ценностные ориентации субъекта, конфликтные ситуации и другие субъективные и объективные обстоятельства.

Серьезное место в мотивации преступного поведения занимает потребность личности. Потребности — социально-психологическая категория (социальная по содержанию и психологическая по форме своего проявления). Они формируются в процессе социализации личности, т. е. в ходе ее жизнедеятельности, через общение с другими людьми, через иные каналы — под воздействием объективных факторов социальной среды и во взаимодействии с природной организацией индивида.

Основным детерминирующим фактором потребностей индивидов, определяющим их содержание, является система социально-экономических и социально-психологических общественных отношений. Среди них важнейшее значение имеют производственные отношения (отношение к средствам производства, формы собственности, характер труда и распределения материальных и культурных благ), отношения между классами, степень социальной однородности общества, различия внутри классов, между социальными группами и т. д. Эти социальные факторы обусловливают характер взаимодействия личности с социальной средой, ее место, статус и роль в системе социальных отношений, определяя тем самым направленность формирования ее потребностей и реальные возможности их удовлетворения. Формирование системы потребностей личности осуществляется под воздействием социальных детерминантов и опосредствованно, т. е. преломляясь через конкретные формы жизнедеятельности индивидов: их жизненные условия, ближайшее социальное окружение, жизненный опыт, контакты, совместную деятельность в малых социальных группах и т. д.

Потребности современной личности очень разнообразны. Исходя из биосоциальной природы человека, потребности можно разделить на две группы: социализированные органические потребности (самосохранение, размножение и т. п.) и социальные потребности, которые возникают и удовлетворяются в процессе проявления человека как социального субъекта — в работе, общении, творчестве, самоутверждении и др.

Объективные социальные факторы в их индивидуальном конкретном преломлении (в том числе с учетом психофизиологических особенностей личности) обусловливают формирование потребностей, которые существенно различаются по своей социальной значимости, т. е. по их общественной оценке и значению во всестороннем развитии личности. Можно выделить три вида потребностей: нормальные, удовлетворение которых одобряется обществом и правом, им соответствуют социально одобряемые объекты и виды поведения; деформированные потребности, содержание которых искажено за счет неоправданного преобладания у личности одних видов потребностей над другими, им могут соответствовать как одобряемые, так и порицаемые объекты и виды поведения; извращенные потребности, содержание которых социально порицается, их удовлетворение противоречит интересам общества и препятствует нормальному развитию личности, им всегда соответствуют социально порицаемые объекты и виды поведения.

В криминологическом плане наибольший интерес представляют деформированные и извращенные системы потребностей.

Социальные потребности составляют основу формирования ценностных ориентаций индивида, они выступают как основополагающие его качества и характеризуют как отдельные социальные установки, так и социальную направленность личности в целом.

Исследование потребностей в аспекте их значения и функционирования в процессе мотивации преступного поведения позволяет раскрыть структуру и содержание процесса мотивации поведения, выявить социальные первопричины преступлений, объяснить механизм формирования мотивов преступных деяний.

Между социальными детерминантами, потребностями личности и самим преступным поведением нет жесткой причинной связи. Последняя имеет лишь вероятностный характер. Определяющим фактором актуализации тех или иных потребностей являются различные аспекты отношений субъекта с социальной средой.

Переход от актуализированных потребностей к реальному противоправному повелению также опосредован рядом факторов социально-психологического (общей социальной направленностью индивида, обстоятельствами конкретной жизненной ситуации, системой внутреннего и социального контроля и др.), а также индивидуально-психологического (стремлениями, мотивами, принятием решения и др.) характера.

Проведенные криминологические исследования свидетельствуют о том, что, как правило, преступления совершаются при стремлении к удовлетворению извращенных и деформированных потребностей.

При рассмотрении социальных потребностей в качестве непосредственных мотивов преступлений необходимо учитывать их зависимость от возраста индивидуума. Так, анализ возрастной динамики потребностей, лежащих в основе мотивов совершения тяжких насильственных преступлений, показал, что для мотивации поведения молодых преступников характерны динамизм побуждений, преобладание извращенных потребностей: приобретение авторитета у товарищей, хулиганские побуждения и т. п. Насильственным преступникам старшего возраста присущи большая устойчивость психологических побудительных сил и наличие деформированных потребностей (гипертрофированные стремления к независимости, признанию, самоутверждению), а также мотив озлобления и мести.

Тяжкие насильственные преступления чаще всего совершаются в обстановке столкновения противоположных потребностей виновного и пострадавшего. Само это столкновение вызвано социально порицаемым образом жизни виновного, его отрицательными социально-психологическими особенностями, стремлением к удовлетворению извращенных и деформированных потребностей (в насилии над другими, в превосходстве над окружающими, желании властвовать, эгоцентризме). Это порождает социально порицаемые мотивы поведения (озлобление, месть, хулиганские побуждения). При этом извращенные и деформированные потребности у многих нарушителей имеют устойчивую личностную значимость.

Большая значимость социальных потребностей личности в процессе мотивации преступного поведения объясняется также тем, что они обусловливают формирование непосредственных психологических побуждений преступных деяний — мотивов.

Один и тот же мотив преступных деяний может соответствовать различным потребностям личности. Последние по-разному характеризуют причины преступных деяний, личность преступника, степень его общественной опасности и совершенного преступления. Поэтому в криминологических целях необходимо изучить весь процесс мотивации преступлений учитывать не только мотивы, но и лежащие в их основе потребности виновного как опосредствующие социально-психологические факторы в механизме преступного поведения.

Среди потребностей — мотивов преступления большой удельный вес занимают ложные потребности, так называемые квазипотребности. К ним относится, например, употребление спиртных напитков, наркотических средств. Алкоголики, наркоманы, любители иных возбуждающих средств являются людьми с ярко выраженными ложными потребностями, которые нередко становятся мотивом совершения преступлений.

Потребность, как правило, порождает преступное поведение не непосредственно, а через ряд промежуточных звеньев механизма преступного поведения, к которым относятся интересы, установки, взгляды, убеждения и др. Можно сказать, что в качестве психологической основы преступного акта выступают не столько сами потребности (социальные и биологические), сколько возникшие на их основе иные побудительные факторы личности. Представляя собой сознание потребностей, многие из этих факторов выражают рациональную оценку избираемого субъектом поведения. Будучи результатом деятельности сознания лица, они обладают достаточной самостоятельностью, чтобы выступать по отношению к потребностям в качестве автономных видов побуждений, и способны в некоторых случаях даже противостоять им.

В качестве одного из наиболее распространенных мотивов преступлений выступают чувства личности. Будучи проявлением нравственной установки, чувства являются вместе с тем элементами эмоциональной сферы.

В правовой литературе мотив преступления и чувство зачастую отождествляются или, напротив, противопоставляются как взаимоисключающие элементы поведения. Ошибочность как противопоставления, так и отождествления чувства с мотивом преступления состоит в том, что чувства являются признаком психологической структуры личности, а не самого преступного поведения. Чтобы стать компонентом поведения, они должны быть осознаны лицом в качестве мотива поведения. Когда чувства не являются мотивом преступного поведения, они выступают в качестве фона, т. е. эмоциональной окраски поведения, и не связана с его мотивом.

Необходимо учитывать большое разнообразие чувств, выступающих в качестве мотивов. Науке известно более ста видов человеческих чувств, из них более тридцати видов чувств могут являться мотивами совершения преступных действий.

Изучение следственно-судебной практики свидетельствует, что чувства занимают заметное место среди мотивов преступлений. При этом чувства выступают в качестве простых и сложных (наряду с интересами) мотивов совершения преступлений. Мотивами убийств выступают как эпизодические, так и устойчивые чувства, возникновение и формирование которых охватывают значительные промежутки времени.

Психологическая природа чувств как мотивов поведения характеризуется рядом признаков. Они появляются в известной мере непреднамеренно:"чувству не прикажешь". Лишь определенная жизненная ситуация, затрагивающая человека, вызывает их появление. Проявление чувств происходит в форме переживаний, которые могут достигать большого накала. При этом нередко происходит "сдвиг" чувств, в результате которого они становятся мотивами поступка. "Сдвиг" чувств может происходить также в результате их накопления, когда достаточно незначительного события, чтобы чувство превратилось в мотив действия. В этих случаях кажется, что характер эмоциональной реакции, проявившейся в преступлении, неадекватен характеру непосредственного повода. Однако повод здесь выступает по существу лишь как "последняя капля, переполнившая чашу терпения". В результате чувства побуждают к непосредственному действию и ведут к срыву в поведении, становясь мотивом противоправного поступка.

Чувство как мотив большей частью проявляется в преступлениях против личности. Должностной подлог, хищение, взяточничество нельзя объяснить в плане эмоционального конфликта. Тут чувства не определяют, а лишь сопровождают мотив преступления.

Некоторые юристы считают, что роль мотива преступления могут выполнять только чувства (эмоции). Так, Б. В. Харазишвили пишет: "Мотив — это эмоциональное состояние лица, выражающееся в проявлении воли, связанной с пониманием необходимости данного поведения и желанием его осуществить". На этой же позиции стоит Я. М. Бранин: "Мотив с точки зрения уголовного права есть чувство (переживание), превратившееся в стимул к виновному поведению". Подобного взгляда на мотивы преступления придерживался и Л. И. Петражицкий. Он считал "истинными мотивами, двигателями нашего поведения" эмоции. Однако, чувства, конечно, не исчерпывают всех побуждений, выступающих в качестве мотивов преступлений.

Ряд авторов сводит мотивы преступления к двум видам побуждений — потребностям и чувствам. Так, И. Лекшас пишет: "Цели, которые действующий человек перед собой ставит, не всегда возникают непосредственно из материальных или культурных потребностей. Очень часто отдельные цели порождаются также отдельными чувствами".

В качестве мотивов преступлений выступают разные "элементы" сознания личности. Среди мотивов преступлений первое место занимают интересы личности (материальные, служебные, личные, родственные, жилищные и т. д.), за ними идут чувства (месть, ревность, зависть, ненависть и пр.), далее — потребности, взгляды, убеждения, идеалы и привычки личности.

Наиболее распространенным мотивом совершения преступлений выступают интересы личности. Интерес можно определить как специфическое отношение личности к объекту в силу его жизненной значимости и эмоциональной привлекательности.

Уголовный закон иногда выделяет интересы лица в качестве самостоятельного мотива преступления. Например, корыстные и иные личные интересы являются специальными мотивами при злоупотреблении властью или служебным положением (ст.161 УК ЭР). Многочисленны случаи, когда интересы не указаны непосредственно в законе в качестве мотивов преступления. К ним, например, относятся корыстные интересы при совершении грабежа (ст.140 УК ЭР), разбоя(141), мошенничества(143).

Интересы занимают большой удельный вес среди изученных мотивов совершения преступлений. Так, они являлись основным мотивом совершения краж, членовредительств, занимали заметное место среди мотивов умышленных убийств и умышленного причинения тяжких телесных повреждений.

Чтобы понять природу интереса как мотива преступления, следует различать понятия личного и общественного интереса. Личный интерес — это интерес отдельного лица в виде его желаний и стремлений. Мотив преступления — это по большей части узколичный интерес, не согласующийся и противостоящий интересам общества. В результате расхождения личного и общественного интересов личность стоит перед выбором между желаемым и должным. Общественный интерес выступает как долг, которому необходимо подчиниться. Однако конкретное соотношение этих интересов нередко приводит к перевесу личного интереса. Лицо игнорирует общественные интересы и предпочитает им свои узколичные интересы. В результате "конфликта интересов" последние побеждают и становятся мотивом преступного поведения. Таким образом, личный интерес как мотив преступления всегда является результатом сознательного расчета лица. Типичным видом подобных "конфликтов интересов" является совершение преступлений, связанных с присвоением чужого имущества.

Важную роль в мотивации поведения играют ценностные ориентации, — социально обусловленная система отношений личности к явлениям и событиям окружающей ее социальной среды.

Ценностные ориентации — составной элемент общей социальной направленности личности, которая представляет собой формирующийся в процессе жизнедеятельности социально детерминированный, относительно устойчивый тип отношения личности к социальным ценностям общества. Разновидностью ценностных ориентаций являются социальные установки личности, которые формируют определенное восприятие и оценку окружающих событий и явлений, а также готовность действовать соответствующим образом.

Именно в свете присущей ей общей системы ценностей (социальной направленности) и конкретных социальных установок личность воспринимает реальную действительность — людей, явления, факты. Общая социальная направленность неизбежно связывается с пристрастностью (позицией) личности и с субъективным видением ею конкретных ситуаций.

Ценностные ориентации личности (в виде социальной направленности и отдельных установок) влияют не только на ее восприятие и даваемые ею социальные оценки. Они самым непосредственным образом определяют характер мотивации лицом своих действий. Именно ценностные ориентации личности лежат в основе содержания совершаемых ею поступков, как социально позитивных, социально нейтральных, так и социально вредных.

Нередко ценностные ориентации характеризуются своей противоречивостью (общепринятые положительные ценности чередуются с антисоциальными, противоправными). Подобная противоречивость является одним из свойств мотивационной сферы подростков-правонарушителей. Противоправное поведение вызывается по существу не отдельными мотивами, а социально-психологическими качествами личности.

Ценностные ориентации тесно связаны с мировоззрением личности, т. е. с системой ее взглядов и убеждений. Мировоззрение определяет основную направленность личности и может подчинять все иные виды побуждений.

Мировоззрение как мотив включает в себя взгляды и воззрения отдельного человека, побуждающие его к действию. Искаженное индивидуальное миропонимание, "личная философия", которая существенно расходится с мировоззрением и моралью общества и по своему содержанию является антиобщественной, нередко встречаются у преступников. Взгляды и убеждения типа "работа дураков любит", "главное — не попадаться", "бери от жизни все что можно" и т. п. могут стать мотивами совершения преступлений.

Дальнейшим развитием мировоззренческих элементов поведения является идеал, под которым понимается высшее воплощение человеческих желаний и конечная цель устремления личности.

В качестве мотива-идеала может выступать возвышенная идея, которой личность руководствуется в своей деятельности и к достижению которой стремится. Это может быть образ или конкретный человек, который служит примером. Идеал является мотивом многих социально полезных поступков. Однако, будучи направлен на антиобщественные цели, идеал становится мотивом, порождающим опасные формы преступного поведения, расходящиеся с идеалом общества. Так, например, у заключенных преобладают идеалы "вора в законе", "пахана" и т. п.

Привычки как мотив поведения не имеют самостоятельного психологического содержания. В их основе лежат те же потребности, интересы, чувства, взгляды и убеждения. Однако по мере формирования привычка превращается в субъективный фактор — в мотив определенного стереотипного поведения. При частом удовлетворении определенного побуждения при одних и тех же обстоятельствах стадия мотивации преступления постепенно угасает. Между побуждением и действием устанавливается прямая связь, при которой привычка выполняет роль мотива, непосредственно порождая действие.

Как мотивы привычки лица характеризуются тем, что они действуют в известной мере автоматически, при отсутствии или при сокращенной фазе мотивации поведения. Это ведет к уменьшению контроля со стороны сознания. При этом у лица отпадает необходимость в постоянных апелляциях к "моральным" доводам. Привычки как мотивы поведения уподобляются, таким образом, определенной, выработанной годами реакции человека при таких-то обстоятельствах действовать только так. В качестве мотивов совершения преступлений наиболее часто выступает привычка к употреблению спиртных напитков и другие антиобщественные привычки.

Такова психологическая классификация побуждений, являющихся мотивами преступного поведения. В реальной действительности перечисленные виды мотивов выступают как в чистом виде, так и в различных, иногда довольно сложных, комбинациях, включая не одно, а два-три более побуждений. Их анализ как субъективных элементов механизма преступного поведения приводит к выводу о том, что побудительными силами в преступном поведении выступают многообразные формы сознания личности: интересы, чувства, потребности, взгляды, идеалы, привычки. Рассмотрим теперь, как это реализуется в преступных действиях субъекта.

3. Роль мотива в преступном поведении

Первый, подготовительный этап преступного действия обычно состоит из осознания мотива и цели действия, борьбы мотивов и принятия решения действовать. В этом смысле мотив является двигателем преступного поведения и стимулирует волевую активность лица.

На этапе мотивации (психологической подготовки) преступного действия нередко возникает внутренний (в сознании лица) конфликт противоречивых побуждений, так называемая борьба мотивов в виде столкновения нескольких несовместимых побуждений лица. Как правило, конкурирующие мотивы являются побуждениями разного социального и психологического уровня. Ими могут быть, например, низменные чувства и доводы разума; чувство мести и интересы дела; органическая потребность и гражданский долг; корыстный интерес и должностная обязанность и т. д.

В мотивационном конфликте сталкиваются оценки рационального и эмоционального уровней. Это объясняется отражением содержания конкретной ситуации на двух уровнях — смысловом и эмоциональном. Эмоциональные оценки относятся к эмотивному (недифференцированному) аспекту оценок на уровне "симпатий — антипатий", приятно — неприятно. Рациональные оценки относятся к более высокому уровню. Эмоциональные и рациональные оценки могут совпадать (как параллельно идущие процессы), быть в единстве, дополняя друг друга. Эмоционально-оценочные процессы и порождаемые ими оценки могут подавлять противоположные оценки рационального характера. Нередко же, наоборот, рациональные оценки подавляют противоположные им эмоции, т. е. выступают как мотивообразующие факторы.

В содержание борьбы мотивов входит не просто борьба двух несовместимых побудителей к действию, но и социальная оценка борющихся мотивов — как мотива должного, социально полезного поведения, так и мотива антиобщественного, преступного поведения. Иногда такая борьба длится довольно долго, вызывая у лица определенные психические состояния (подавленность, замкнутость, скрытность и пр.).

Недопустимо упрощенное представление о мотивационном механизме как одномоментном проявлении изолированного и единственного побуждения преступного действия. Психологической наукой установлено, что человеческое поведение полимотивировано. Оно порождается не одним, а несколькими мотивами, при доминировании одного или группы взаимодополняющих и подкрепляющих друг друга побуждений. Поэтому мотивацию следует понимать как систему мотивов, побуждающих к определенному поступку.

Процесс возникновения мотива преступления в мотивационном конфликте не носит прямолинейного характера. Представление о простом "перевешивании" в конфликте мотивов того или иного побуждения не соответствует психической реальности. Лицо при этом руководствуется определенной системой оценок, в которых можно выделить: ценность желаемого результата преступного действия; значимость ситуации, как препятствующей, затрудняющей, так и способствующей достижению цели; эффективность намеченного способа действия в данной ситуации; вероятность наступления нежелательных последствий (наказание), и т. д.

В конфликте разных мотивов участвуют все личностные факторы: характерологические и интеллектуальные особенности субъекта, переживаемые им психические состояния, влияние конкретной ситуации и т. д. У разных людей этот конфликт протекает с различной быстротой и степенью осознания всех его элементов.

В сознательной деятельности, в том числе и в мотивации, всегда имеются неосознаваемые или не вполне осознаваемые компоненты.

Мотивация поведения может протекать в различных психологических условиях: например, без стрессов и возбужденного состояния, без "давления" ситуации, при достаточности времени на обдумывание всех "за" и "против", что характерно для совершения преступлений похитителями чужого имущества. Подобная мотивация, в которой преобладают интеллектуальные моменты, порождает, как правило, расчетливое преступное поведение, когда личность, входя в ситуацию, меняет ее в соответствии со своими намеченными целями.

Уже в процессе мотивации индивид ставит себе двоякую задачу: во-первых, осуществить цель преступления и, во-вторых, избежать за это наказания. Нормы уголовного права выполняют при этом мотивационно-предупредительную функцию. Перспектива привлечения к уголовной ответственности, естественно, создает психологический барьер на пути достижения задуманной цели и порождает в психике лица соответствующий мотив в пользу воздержания от действия. Между тем успех достижения цели преступления нередко бывает настолько заманчив, что ради него лицо идет на риск, пренебрегая грозящим ему наказанием. И страх наказания, как отдаленное зло, преодолевается желанием достичь результатов преступления. Мотивационное давление угрозы наказания оказывается недостаточным для того, чтобы предотвратить преступную деятельность. Описанное мотивационное воздействие норм уголовного права имеет место при расчетливом преступном поведении.

Но мотивация может протекать и в иных психологических условиях: при сильном эмоциональном возбуждении лица, при недостаточности времени для учета всех "за" и "против"; при давлении ситуации и наличии конфликта и т. п. Это влечет за собой свернутость процесса мотивации; в подобных случаях он носит характер "короткого замыкания" и протекает весьма быстро. Мотив возникает просто как ответная реакция на неблагоприятно сложившуюся для него конкретную обстановку. Мотивационно-предупредительное воздействие уголовного права оказывается также гораздо слабее. Свернутая мотивация с преобладанием эмоционально-ситуативных моментов, как правило, порождает недостаточно продуманный акт преступного поведения, т. е. поступок, основанный не столько на расчете, сколько на порыве. Это характерно для принятия решений при совершении преступлений против личности (при убийстве, причинении умышленных телесных повреждений и т. п.).

В процессе мотивации могут происходить явления противодействия и вытеснения одного мотива другим и, наоборот, поддержки и усиления ведущего мотива другими (сопутствующими); явления субординации и подчинения одних мотивов другим; возможность изменения мотива, сформировавшего действие, другим мотивом, руководящим действием; закрепление мотивов вследствие достижения результата предыдущего действия, и т. п.

После принятия решения наступает этап реализации сформированной воли лица в действиях. Исполнение преступления требует соответствующих волевых усилий, которые "питаются" силой мотива лица. На этой стадии главным в механизме преступного поведения становится регулирование осуществляемого действия в соответствии с его целью. В структуру правонарушения входит и так называемая оперативная часть действия (отдельные движения, операции, различные приемы и т. д.). Однако оперативная часть противоправного действия полностью подчинена его мотивационной стороне и самостоятельного смыслового значения не имеет.

Достижение цели означает окончание действия как волевого акта. Лицо оценивает достигнутый результат, сопоставляя его с намеченной целью. При этом оно констатирует его удачу или неудачу, успех или неуспех.

Таким образом, нужно различать функции мотива на стадиях подготовки и исполнения преступного действия. На первой стадии он формирует решение и порождает волю лица; в стадии исполнения преступления — определяет содержание уже сформированной воли лица, выступая ее смысловой стороной. Благодаря этому обеспечивается претворение мотива в действие и через него — в реальные факты действительности.

Преступная деятельность как форма преступного поведения представляет собой совокупность ряда действий, объединенных общим мотивом и целью. В мотивации преступной деятельности различаются мотивы и цели отдельного действия, мотивы и цели преступной деятельности в целом. Они занимают самостоятельное место в механизме преступного поведения и не могут подменяться один другим: установление мотивации действия, входящего в преступную деятельность, неравнозначно выяснению содержания мотивации деятельности в целом, и наоборот.

Структура мотивации преступной деятельности обычно складывается из совокупности мотивов и целей, составляющих ее действия (эпизоды). Подобная структура мотивации выявлена в подавляющем большинстве уголовных дел об умышленных преступлениях, лишь в незначительном количестве дел мотивация охватывает одноразовое преступное действие.

Структура мотивации в преступной деятельности различается и в зависимости от вида преступления. Так, структура мотивации по делам об умышленном убийстве и умышленном причинении тяжких телесных повреждений, как правило, охватывает 3-4 действия-эпизода, в том числе непреступные (предшествующие) действия, конфликтные действия, подготовительные (не всегда) и исполнительные действия.

Достоверно выявлено, что мотивы отдельных действий (эпизодов) находятся в подчинении и зависимости от общего мотива деятельности. По отношению к отдельному действию общий мотив занимает доминирующее место и выступает в качестве силы, детерминирующей их на осуществление конечной цели деятельности. Лишь взятые вместе, мотивы действий-эпизодов и общий мотив деятельности определяют смысловую линию (содержание) преступного поведения.

Установлено, что между конечной целью преступной деятельности и целью каждого входящего в нее действия также складываются отношения зависимости. Результат каждого действия по отношению к конечной цели преступной деятельности выступает в качестве средства ее достижения и вместе с тем является целью данного действия. В каждом действии-эпизоде преступной деятельности, таким образом, проявляются две цели: цель, непосредственно достигаемая этим действием, и общая (конечная) цель преступной деятельности, ради которой лицом и совершаются все действия.

В результате этого преступной деятельности соответствует определенная структура целей, входящих в нее действий. Развитие деятельности происходит как бы в форме определенных циклов (отрезков деятельности). При этом результаты одного цикла определяют условия для мотивации нового цикла. Мотивация, которая действовала сначала на уровне первого действия, переходит на качественно другую ступень — на уровень второго, затем третьего действия и т. д. При этом происходят определенные изменения в мотивации: первичная мотивация ослабевает, возникает своего рода "новая" (формируемая на базе достигнутого) мотивация каждого последующего противоправного действия.

В целом мотивация преступной деятельности происходит по законам мотивации достижения. Это означает, что каждая подцель (цель промежуточного действия) становится как бы автономной и независимой от конечной цели. Образование конечной цели одновременно происходит по двум направлениям — как образного представления о признаках конечного результата и как функционального определения цикла действий, ведущих к его достижению.

По своему содержанию мотивы и цели преступного действия и деятельности могут совпадать. Лишь при этом условии можно говорить о единой мотивации преступной деятельности лица. Однако мотивы и цели преступного действия и деятельности могут не совпадать. В этих случаях единой мотивации преступной деятельности не будет, так как нарушится смысловое единство деятельности и действия, в силу чего преступное действие выпадает из структуры мотивации данной деятельности и становится самостоятельным актом поведения.

Из сказанного следуют два принципиальных положения: а) мотив и цель как элементы механизма преступного поведения имеют двойственную природу и должны рассматриваться в двух аспектах; как психологические компоненты, вкрапленные непосредственно в структуру преступного поведения, и как элементы общей социальной направленности и системы ценностных ориентаций личности; б) анализ процесса мотивации преступного поведения следует проводить с учетом выявленных различий, т. е. в единицах "преступного действия" и "преступной деятельности".

Несоблюдение правил анализа процесса мотивации в единицах "действия" и "деятельности" приводит к серьезным ошибкам.

Б. за умышленное причинение тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть С., на основании ч. 2 ст. 107 УК ЭР был осужден к пяти годам лишения свободы. По протесту прокурора приговор в отношении Б. был отменен. При новом судебном разбирательстве было установлено, что Б. применил перочинный нож для отражения нападения, т. е. действовал в состоянии необходимой обороны, ввиду чего суд оправдал его. Кассационной инстанцией оправдательный приговор оставлен в силе.

Причина судебной ошибки состояла в том, что разная по своему содержанию мотивация действий Б. первоначально рассматривалась как единая, что нашло отражение в обвинительном заключении и приговоре. Фактически же действия Б. представляли собой два самостоятельных эпизода. Первый эпизод произошел в фойе кинотеатра, когда между Б. и Ж. возникла ссора, во время которой Б. ударил Ж. по лицу. Второй эпизод имел место спустя несколько минут, когда Ж., в целях мести Б., предложил ему "поговорить" за углом дома, где на Б. напали С., И. и О., стали его избивать и повалили на землю. В этих условиях, опасаясь за свою жизнь, Б. стал наносить избивавшим удары перочинным ножом, в результате чего ранил С., который впоследствии скончался. Четкий анализ процесса мотивации каждого акта поведения, проведенный при вторичном судебном разбирательстве, позволил выявить их смысловую автономность и на этом основании вскрыть подлинный мотив причинения Б. ранения С.

Мотивационный процесс преступного поведения может включать в себя ряд психических фактов, каждый их которых обладает своей спецификой и выполняет определенные функции. При этом ни один из мотивационных фактов не является автономным, а связан с другими элементами мотивации. Поэтому процесс мотивации складывается в результате взаимодействия всех его элементов. Усиление (или ослабление) одного из элементов может вызвать соответствующее ослабление (или усиление) других элементов, что ведет к изменению содержания мотивации преступного поведения в целом. Так, обострение эмоционального состояния лица может привести к изменению смысловых функций, выполняемых чувствами в процессе мотивации, когда из эмоционального фона они превращаются в мотив преступления. С другой стороны (например, в мотивации ситуативных преступлений), при сильном душевном волнении ослабляется волевой контроль в поведении, что объясняется силой отрицательных эмоций, возникающих у личности под воздействием неблагоприятно сложившейся ситуации. Из этого следует сделать вывод, что все элементы процесса мотивации необходимо рассматривать в качестве целостной психологической структуры. Объединяющим фактором этой системы является одно общее-сознание личности.

В целом, структуру мотивации преступного поведения можно представить в виде такой схемы: внешние стимулы поведения — их отражение личностью (на основе присущей ей системы ценностных ориентаций и конкретных социальных установок) и перевод в факты сознания (осознание мотива) — психологическая подготовка преступления (выработка цели и плана поведения).

Сдвиги в структуре мотивации могут происходить за счет участия в них иных психических фактов и влияния внешних событий, например сильного душевного волнения (психологического аффекта), снижающего рассудочные способности лица, внешнего давления (со стороны соучастников), резкого изменения ситуации.

В результате мотивации завершается выработка поведения на этапе "побуждение "мотив" — принятие решения" и намечается смысловая линия "цель- желанный результат" предстоящего противоправного поведения.

Модель мотивационной стороны преступления, описываемою в уголовном законе, следует считать весьма условной. Она схватывает, да и то выборочно, лишь отдельные мотивационные факторы, что, естественно не совпадает с фактическим положением вещей.

4. Неадекватная мотивация

На практике нередко приходится встречаться с так называемыми безмотивными преступлениями. Они поражают своей бессмысленностью и не укладываются в привычные представления о механизме преступного поведения. В правовой литературе "безмотивные" преступления не получили еще надлежащего анализа. Кажущаяся на первый взгляд "безмотивность" преступления и отсутствие научно обоснованных рекомендаций по этой категории дел нередко приводят к следственным и судебным ошибкам.

К "безмотивным" преступлениям, как правило, относят преступления, мотивы которых неадекватны внешнему поводу, а также "отсроченные", "замещающие" и ряд других преступных действий, психологическая природа которых в общем достаточно изучена.

К первой группе "безмотивных" преступлений относятся преступления, совершаемые по неадекватным мотивам, т. е. по мотивам, сила которых явно не соответствует породившему их поводу. В большинстве случаев следователь и судья в своей профессиональной деятельности имеют дело с мотивами, которые так или иначе соразмерны вызвавшему их поводу. К подобным мотивам, например, относятся корысть, месть, ревность, иные побуждения, возникающие на почве личных неприязненных отношений. Обычно это мотивы, порождаемые типичными, повторяющимися ситуациями.

Неадекватные мотивы преступления. Это сугубо индивидуальные мотивы, явно не соответствующие поводам, их породившим. Они не типичны, т. е. присущи не ситуациям, а лишь отдельным личностям. В силу этого неадекватные мотивы нередко выступают синонимом отсутствия видимого (привычного) мотива. Само же деяние расценивается как "безмотивное преступление". Фактически мотивы совершения преступления есть и в этих случаях. Но они настолько несоразмерны поводу и порожденным ими преступным последствиям, что вызывают подчас серьезные сомнения у следователей, судей и окружающих людей.

Это можно проиллюстрировать на следующем примере. Некто К. позвонил в полицию и сообщил об убийстве неизвестным своего друга А. В дальнейшем он показал, что отдыхал на втором этаже дачи, а когда спустился вниз и стал звать А., то споткнулся и упал на труп последнего. Испугавшись, он вернулся в комнату, где до этого спал (при этом перемазал подушку в крови). Затем вновь спустился вниз, осмотрел труп и орудие убийства — нож, который оказался из кухонного набора, после чего позвонил и вызвал полицию.

Подозрение в убийстве пало на самого К. Мотив преступления: исследовались следующие версии: а) ревность; б) корысть; в) конфликт в личных взаимоотношениях. Все эти мотивы после проверки отпали. В результате следствие пришло к выводу, что никакого мотива для убийства А. у К. не было и он преступления не совершал. Дело было прекращено.

Однако через полгода новым расследованием было установлено, что А. убил все же К. И мотив для этого был, хотя и весьма нетипичный. Оказалось, что на даче А. сделал коктейль, который не понравился К. На этой почве между ними произошла размолвка. Для К. изготовление коктейля, как оказалось, было делом личного престижа. Второй раз коктейль сделал К. и дал попробовать А. Тот не уловил никакой разницы. Между К. и А. произошла ссора, которая оказалась для К. достаточной, чтобы привести его в ярость и вызвать убийство. К. был осужден по ст.103 УК ЭР.

"Безмотивность" преступлений нередко возникает вследствие примитивной "подстановки" следователем себя на место правонарушителя. Происходит так называемая проекция психики, т. е. подмена одного типа сознания (правонарушителя) другим типом(следователя, свидетеля). Это может привести подчас к серьезным ошибкам в анализе реального психологического механизма преступления. Для следователя совершенное подозреваемым действие представлялось непонятным, бессмысленным и в силу этого — "безмотивным".

К неадекватным мотивам преступления могут относиться эмоции гнева и ярости, особенно если возникли по незначительному поводу. В таком случае и складывается представление о "загадочных" мотивах совершения преступления, и процесс мотивации (т. е. подготовка в сознании) подобного противоправного поведения становится "необъяснимым". В действительности эмоциональный отклик лица на затронувшее его событие приобретает такую силу, что как бы противоречит любой логике. И для окружающих людей подобные правонарушения выглядят как "безмотивные".

Между тем для самого правонарушителя подобное поведение отнюдь не случайно. Все дело в негативной социальной направленности такой личности, которая нередко внутренне уже "созрела" для преступления. Для подобного субъекта совершение преступления является подчас столь же будничным фактом, как, например, употребление алкоголя. Этим можно объяснить то, что в качестве предпосылок, определяющих содержание мотивов, в подобных случаях выступают не столько внешние поводы и стимулы, сколько внутренние состояния и побуждения искривленного сознания, в частности стремление любыми средствами (в том числе преступным путем) утвердить себя в собственных глазах и глазах других людей. Бедность и деформированность социально-психологического содержания личности в сочетании с недооценкой возможных последствий приводят ее к совершению насильственного преступления как к средству, дающему возможность доказать окружающим свою "правоту", "силу" и т. п.

Неадекватные мотивы имеют место, как правило, в насильственных преступлениях. В корыстных и иных преступлениях против собственности вопрос о неадекватных мотивах и о "безмотивных" преступлениях почти не возникает.

Ко второй группе "безмотивных" преступлений относятся так называемые замещающие действия. Суть их в том, что если первоначальная цель становится недостижимой, то лицо стремится заменить ее другой — достижимой. Благодаря замещающим действиям происходит разрядка (снятие) нервно-психического напряжения. Подобные факты также встречаются в основном при совершении насильственных преступлений. Как правило, эти преступления направлены против определенных лиц. В отдельных же случаях применение насилия (и в этом проявляются элементы "бессознательного" в волевом поведении) перемещаются на другое лицо или объект, а не на то, поведение которого явилось непосредственным поводом для совершения преступления. Это создает иллюзию отсутствия какой-либо психологической причины в действиях преступника, представление о неадекватности его поведения.

Замещение действия, а точнее, смещение в объекте действия может происходить разными путями. Во-первых, путем генерализации поведения, когда насильственные побуждения обращаются не только против лица, которое вызвало недовольство преступника, но и против других лиц, близко связанных с ним (родственников, знакомых и др.). В этих случаях правонарушитель, поссорившись с одним человеком, переносит свои враждебные чувства на друзей и близких этого человека. Во-вторых, посредством так называемых смежных ассоциаций. Например школьник, недовольный учителем, рвет учебники по этому предмету. Третий путь развития замещающих действий состоит в том, что они направляются против лица или неодушевленного предмета, которые первыми "попались под руку". В этих случаях реализация замещающего действия связана в основном с беззащитностью объекта нападения, а также с заботой нападающего о собственной безнаказанности. Четвертым видом замещающих действий выступает "автоагрессия", т. е. перенос насилия на самого себя. Не имея возможности выполнить свои агрессивные намерения вовне, лицо начинает бичевать себя, нередко причиняет себе увечья или кончает жизнь самоубийством.

Замещающие действия, как правило, они возникают тогда, когда на пути к достижению цели образуются непреодолимые барьеры, вызывающие у субъекта состояние психического напряжения (фрустрации). Разрядка возникшего нервного напряжения проявляется в виде агрессивной реакции личности "не по адресу". Это, как уже отмечалось, затемняет действительные психические причинные связи и затрудняет выявление подлинных мотивов преступного поведения.

Примером подобного замещающего действия может служить дело М. Будучи рабочим по кухне, М. с корзиной отходов полез через окно выдачи продуктов, вместо того, чтобы вынести отходы через дверь. Дежурный фельдшер, возмущенный нарушением санитарного режима, вытащил М. из окна раздачи и отругал его. М. обозлился и решил отомстить фельдшеру. Он нашел кувалду весом 10 кг и поставил ее у двери, чтобы ударить фельдшера.

Через которое время фельдшер опять пришел в столовую. М. побежал за кувалдой, но ее там не оказалось. Тогда М. отыскал кухонный нож для разделки мяса и выбежал в зал столовой. Однако около фельдшера стояли люди, и М. не решился в их присутствии напасть на него.

Раздосадованный случившимся, с ножом в руках М. вышел из столовой и пошел в ближайший лесок, чтобы "успокоиться". По дороге в раздражении он вырвал с корнем молодую березку. Встретив 11-летнего мальчика, М. начал расспрашивать его, зачем он идет в лес, с кем живет, а сам в это время строгал кухонным ножом случайно подобранную ветку.

Пройдя несколько десятков метров, М. вдруг схватил мальчика и стал ножом наносить ему удары в грудь. Мальчик отбивался руками и ногами и кричал: "Дядя, что вы со мной делаете?". Когда мальчик упал на землю, М. решил, что он мертв, и отошел в сторону. Затем он вернулся к месту, где оставил мальчика, но его там не оказалось (мальчик был еще жив и прополз от места нападения 200 метров, где его и обнаружили свидетели). Не найдя мальчика, М., успокоенный, ушел домой.

Лишь через две недели, когда уже шло расследование, подозрение пало на М. У следователя и суда возникло сомнение в его психическом здоровье. Была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, которая установила, что М. психически здоров и вменяем. Он был осужден за убийство.

Еще одну, третью группу "безмотивных" преступлений составляют так называемые отсроченные действия. Как и в предыдущих случаях, из-за внешних препятствий или противодействия заинтересованных лиц виновный не может в данный момент удовлетворить возникший у него мотив. Возникает фрустрация. Однако в данном случае она решается не путем переноса (замещения), а несколько иначе. На первых порах кажется, что никакой реакции субъекта не произойдет. Однако на самом деле она только отсрочена. Ничтожный повод может вызвать острое раздражение, и у лица возникают мотивы к противоправному поведению.

По существу в этих случаях мотивы прошлой (незавершенной) деятельности переносятся в настоящее и будущее. Между тем нередко при расследовании ищут мотивы преступления только в настоящем. И, естественно, не находят их. Отсюда и возникает мнение о "безмотивности" подобных преступлений. В действительности "отсроченные" преступления достаточно мотивированы. Однако их мотивы возникли не сейчас, а раньше, оставаясь в сознании личности как нереализованные. При появлении же определенных поводов они вновь стали действующими мотивами.

Психологический анализ так называемых немотивированных правонарушений свидетельствует о ряде особенностей в их мотивации, связанных с наличием элементов "бессознательного" в механизме преступного поведения. Выявление процесса мотивации во всех видах преступлений должно основываться на общих закономерностях, присущих любому волевому акту. Ни одно преступление не совершается безмотивно. Мотив определяет смысл всех волевых поступков, в том числе и противоправных. Мотив — это психологическое основание поступка, без которого он превращается в слепую физическую силу.

Борьба с неадекватными, замещающими, отсроченными и другими так называемыми немотивированными преступными действиями должна строиться на основе знания их мотивационного механизма, связанного не столько с настоящим поводом, сколько с прошлой (оставшейся в сознании лица) причиной преступного поведения.

В законе указывается минимум мотивации преступления, без выяснения которых невозможно принятие правильного решения по делу. Фактически же на следствии и в суде в доказательственных и профилактических целях приходится выявлять мотивационный механизм преступления в полном объеме.

5.Законность, гражданственность, моральность, доверие, справедливость.

Большинство граждан имеет весьма отдаленное представление о политической теории, равно как и о юриспруденции, но у них есть вполне определенные представления основанные на здравом смысле. И то, что справедливо для юридических формулировок, справедливо и для действий президента, и для министерства финансов, и для ведомственных комиссий. Обязывающей силой эти действия становятся в результате процедуры или совершения их легитимным институтом, а не из-за их содержания. Подчинения правилу, потому что оно законно, это не то же самое, что подчинение потому, что оно справедливо, морально или этично.

Представления человека о "законности" — это лишь один из факторов совести. Другой аспект можно назвать "гражданственностью" — это подчинение правилом из соображений социальных или патриотических. Иным мотивом является "моральность", которая может быть самым крепким фактором, так как нормативная структура общества так же важна как и политическая. Еще одним мотивом является "справедливость". Например если субъект чувствует, что правило пользуется поддержкой по каким-либо формальным причинам, например потому что оно устраивает всех жителей страны. Еще одним аспектом является "доверие". Это ощущение того, что нужно следовать правилу из-за веры в авторитеты.

Все эти факторы отличаются от законности в общепринятом смысле этого слова, но все они являются мотивами. Подчинения или неподчинения закону. Общие правила для формирования и определения мотивов повлекших за собой противоправные деяния известны. Но мотивы — это факты общественной жизни, факты постоянно меняющиеся. То о чем думают люди так же реально, как и то, что они едят, как они разговаривают или бегают. Подчеркивая, что некоторые мотивы (месть, хулиганство, корысть) определены и обозначены, мотивы, как и гражданские и жизненные позиции, отлить в единую форму невозможно из-за их изменчивости.

 

Роль конкретной жизненной ситуации в механизме преступного поведения.

Ситуация – это влияющая на поведение человека в данный момент совокупность обстоятельств, как способствующих, так и препятствующих преступлению, либо нейтральных. Роль ситуации в механизме преступления в значительной мере зависит от того, какая группа факторов определяет «лицо» данной ситуации, превалирует в ней. В связи с этим ситуации можно классифицировать на два основные вида – криминогенные и некриминогенные.

Криминогенные ситуации – это те, которые в силу фактического содержания положительно влияют на формирование преступного замысла, цели преступления, являются благоприятными для достижения преступного результата. Такие ситуации часто являются мотивирующими и содержат в себе «провоцирующие» моменты. По источнику формирования криминогенные ситуации можно разделить на три группы:

  • Связанные с личностью субъекта и его деятельностью;

  • Складывающиеся независимо от субъекта и, связанные с предметом преступного посягательства;

  • Смешанные, т. е. возникшие в результате, как действий лица, так и других обстоятельств.

Ситуации первой группы нередко складываются вследствие целеустремленных поступков субъекта, специально направленных на создание условий, наиболее благоприятных для осуществления его преступных намерений. Они могут быть созданы и такими действиями лица, которые первоначально были направлены на совершение другого преступления либо на достижение совсем другой цели, а также антиобщественным, аморальным, но не преступным поведением.

Ситуации второй группы часто возникают из-за упущений и недостатков в деятельности государственных органов, хозяйственных и общественных организаций, отдельных должностных лиц. Они могут порождаться также аморальными, противоправными и неосторожными действиями потерпевших и свидетелей, возникать под влиянием предрассудков, отсталых взглядов, традиций и представлений, бытующих среди некоторых микрогрупп или общностей. Существование таких ситуаций может быть связано с несчастным случаем или с действием стихийных сил природы.

Наиболее распространены ситуации третьей группы. В каждой конкретной ситуации может преобладать та или иная группа таких обстоятельств.

Криминогенные ситуации не могут существовать в чистом виде, то есть состоять только из криминогенных факторов. В каждой из них в том или ином виде, в разных формах и долях действуют и антикриминогенные факторы.

К некриминогенным ситуациям относятся такие, которые либо не благоприятствуют совершению преступления, либо существенно препятствуют ему, либо вообще исключают возможность совершения данного преступления. Для объекта, замыслившего преступление, такая ситуация в ряде случаев является проблемной, поскольку в ее рамках существуют препятствия для достижения целей. Препятствия могут выражаться в действиях других лиц, в том числе и должностных, либо существовать в виде физических преград, а также в форме организационных препятствий, например, специальных правил, охраняющих объект преступного посягательства. Препятствовать достижению цели может незнание субъектом путей преодоления преграды, неумение выбрать способ достижения цели, а также отсутствие достаточно полной информации о фактах или явлениях, связанных с объектом преступного посягательства.

К числу некриминогенных относятся и ситуации, являющиеся нейтральными, то есть не препятствующие, но и не благоприятствующие совершению преступления.

Криминологический анализ значения жизненной ситуации в механизме совершения преступления должен включать в себя исследование не только психологических, но и этических аспектов взаимодействия личности и ситуации. Ситуация перед совершением преступления – это обычно ситуация морального выбора, неразрывно связанная с мировоззренческой, моральной определенностью решения человека. Моральный выбор совершается благодаря индивидуальному решению. В ситуации выбора объективные обстоятельства и личное решение взаимнообусловлены как элементы единой системы объективных и субъективных факторов.

Все воздействия окружающей обстановки активно перерабатываются личностью в соответствии с накопленным индивидуальным опытом, культурными традициями, личными склонностями, целями, которые перед собой ставит человек и т. д.

Объективная действительность влияет на преступное поведение непосредственно (влияние социальной среды в форме ситуации в настоящее время, перед совершением поступка и опосредовано (неблагоприятное влияние социальной среды на прошлое формирование личности). Ситуации постоянно влияют на личность, предлагая» ей те или иные варианты поведения. Однако поступки людей являются не просто реакцией на воздействие ситуации, человек, в свою очередь также влияет на ситуацию, создает благоприятные для себя обстоятельства ситуации, поступая так, как кажется ему правильным.


Ситуация вызывает тот или иной поступок, лишь преломляясь через психику человека, взаимодействуя с его личностными качествами, порождая потребности и мотивы. Чем сложнее характер ситуации, тем сложнее механизм такого взаимодействия. В тоже время разнообразие условий человеческой деятельности предопределяет множество типов взаимодействия человека с окружающей средой, в том числе и с ситуацией.

Возможности, которые складывающаяся обстановка предоставляет лицу для выбора образа действия, имеют определяющее значение при решении вопроса о его ответственности за свои поступки. Лицо не может подлежать уголовной ответственности, если оно действует против собственной воли, под влиянием физического принуждения или непреодолимой силы. Деяние, совершенное лицом в этих условиях, не является его проступком, его действием или бездействием, таким образом, не является преступлением, потому что преступление – всегда волевое действие или бездействие.

Противоправное поведение является взаимодействием внешних факторов и внутренних, личностных качеств человека. К внешним факторам, обуславливающим совершением преступления, относятся неблагоприятные условия нравственного формирования личности преступника, а также те особенности ситуации, которые способствуют возникновению преступного намерения, заключая в себе объективные возможности для совершения преступления. К числу внутренних факторов относятся антиобщественные взгляды, ориентации, потребности, проявленные в соответствующих мотивах.

Если преступление – общественно опасное виновное поведение человека, то никакая ситуация сама по себе не может служить причиной преступления. Если человек действовал виновно, значит неблагоприятная ситуация давала ему возможность выбора варианта поведения, но он в силу своих социальных качеств выбрал преступный путь разрешения этой ситуации из числа возможных. Конкретная жизненная ситуация может быть отнесена лишь к условиям, которые способствовали преступлению.

В разных случаях значения ситуации различно. Иногда можно констатировать сильное влияние жизненной ситуации на преступное поведение, в других случаях она не имеет сколько-нибудь существенное значение. Многие преступления совершаются без предварительной договоренности и распределения ролей между соучастниками, с использованием случайных орудий, в том числе найденных на месте преступления. Иногда преступник, наоборот, использует неожиданно сложившуюся обстановку и совершает преступление, о котором до появления данной обстановки он и не думал. Также многие преступления совершаются с предварительным детальным расчетом и подготовкой обстоятельств.

Значение ситуации в механизме преступного поведения также зависит от того, является ли преступление длительным поведением или отдельным поведенческим актом. Последний обычно более ограничен во времени и может быть нехарактерен для данной личности. Длительное поведение, в том числе преступное, больше выражает внутренний мир человека, его ценностные ориентации и потребности, чем отдельный поступок. Конфликтные, экстремальные ситуации чаще бывают криминогенными именно в развитии отдельных актов поведения (поступков).

 

Источники информации:

 

  • sartraccc.sgap.ru — о стадиях преступного поведения;
  • erudition.ru — причины и условия преступного поведения;
  • bestreferat.ru — понятие конкретной жизненной ситуации, ее роль в механизме преступного поведения.

Последнее редактирование ответа: 03.06.2013

  • Оставить отзыв

    Оставить отзыв

     

РедактироватьВ избранноеПечать

«Что такое преступное поведение»

В других поисковых системах:

GoogleЯndexRamblerВикипедия

В соответствии с пользовательским соглашением администрация не несет ответственности за содержание материалов, которые размещают пользователи. Для урегулирования спорных вопросов и претензий Вы можете связаться с администрацией сайта genon.ru. Размещенные на сайте материалы могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет, согласно Федерального закона №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию". Обращение к пользователям 18+.