28595 авторов и 62 редактора ответили на 85154 вопроса,
разместив 134974 ссылки на 43290 сайтов, присоединяйтесь!

Какова история пожарной охраны России?

РедактироватьВ избранноеПечать

О пожарах в средневековье (XI-XVI века)

 

В средние века на большей части Европы из-за многочисленных войн возникали пожары. Их молниеносному распространению способствовали те обстоятельства, что при постройке домов, использовалось дерево, камыш и солома. Кроме этого застройка была очень плотной. Не исключением была и Древняя Русь, которая пережила и перестрадала многое, и одним из ярких деятелей, тяжко и губительно отражавшихся на ходе её экономического развития, были пожары. Огнём — этим «историческим злом» истреблялось годами нажитое добро, иногда результаты усердного труда нескольких поколений. Огнем уничтожались природные богатства.

Деревянную Русь  сжигали стихии: гром и молнии, жгли вражеские племена, жгли князья в своих междоусобных войнах, палили татары и другие недруги. В летописях красной строкой проходят рядом с войнами – пожары, как мощное оружие борьбы с врагами. Кто больше сжигал, тот и победитель.

Такие города, как: Киев, Владимир, Суздаль, Новгород, Юрьев и особенно Москва выгорали по нескольку раз, и выгорали так основательно, что можно только удивляться мощи и терпению русского народа, восстанавливавшего их снова из пепла.

 

Летописи, дошедшие до наших времён, труды историков повествуют нам о многих разорительных пожарах в Москве. Город полностью сгорал в 1238 году, когда на Руси хозяйничали орды хана Батыя. Вот, что пишет А.Д. Нечволодов: «Умели татары также производить наводнения, отводить воду и устраивать большие подкопы под землей; знали они и употребление зажигательных составов и особых горшков с нефтью «греческого огня», которым закидывались с целью вызвать пожары осажденные города; при этом имеются сведения, что для того, чтобы «греческий огонь» распространял свое действие сильнее, татары иногда предварительно метали в огромном количестве жир с убитых врагов, а затем на него уже горшки с нефтью» (из «Сказания о Русской Земле»).

 

Много бед приносил огонь и при применении его в мирные времена. Тогда не было печей, разводили огонь в то время в яме прямо в доме, причём дым выходил на улицу через отверстие, проделанное в крыше из соломы. При пожаре никто не предпринимал никаких мер по его ликвидации — спасались сами, детей и имущество. Огонь переходил от дома к дому и утихал только тогда, когда всё вокруг было уничтожено. После таких пожаров, уцелевшие жители, предпочитали оставлять то, что осталось от их домов и переселяться за город, и жить под открытым небом. Например, в Москве пожары были настолько обыденным явлением, что люди относились к ним абсолютно спокойно. Вплоть до XV века пожары считались большими, если огнём уничтожались тысячи дворов. Если выгорало 100-200 строений, то о таком пожаре даже и не говорили. Лёгкость возведения зданий из древесины, наличие её в больших количествах, позволяли быстро отстраивать новое жилье. Но плотная застройка способствовала новым опустошающим пожарам. Развитие городов приводило к увеличению их населения, и как следствие, строительству всё большего количества новых зданий и сооружений. Увеличились масштабы и сложность пожаров. В Новгороде в 1212 году пожар уничтожил 4300 дворов (всего их было 5000). Не исключением была и Москва. Пожар в 1356 году за 2 часа уничтожил практически весь город, включая посады и сам Кремль. В истории многих городов крупные пожары оставили свой след. Так, в 1221 году город Вормос в Германии выгорел от пожара, возникшего в жилом доме. Практически полностью сгорали города Кельн-на-Шпрее (1376 год) и Берлин (1380 год), В XIV веке Страсбург горел восемь раз. Случались сильнейшие пожары в городе Любек.

Низкий уровень технической культуры и общественной организации оказывали негативное влияние на ужасающие последствия возникающих пожаров.

 

Средневековое общество, основанное на социально-экономических противоречиях, оказалось практически полностью неготовым к борьбе с беспощадным огнём. Степень общественной организованности была в ту эпоху существенно ниже, чем во времена существования Римской империи. Не было единой структуры, которая могла бы противостоять пожарам. Поэтому по мере развития и укрепления государственности предпринимались попытки что-то изменить в сложившейся ситуации.

 

Результатом стало принятие множества противопожарных правил, которыми государственные структуры хотели оказать влияние на обстановку с пожарами и соблюдение населением мер предосторожности обращения с огнём.

 

Организация деятельности пожарной службы на Руси связана с именем Великого князя Московского и всея Руси Ивана III (1440–1505 годы). Москва в те времена представляла собой большой город. В ней насчитывалось более 40 тысяч строений из дерева. Даже небольшое возгорание могло повлечь серьезные последствия, а причин для их возникновения имелось достаточно: наличие печей без дымоходов, использование свечей и лампад для освещения помещений, применение открытого огня ремесленниками вблизи жилья. В период с 1453 по 1493 годы Москва полностью выгорала десять раз. В 1472 году Великий князь Иван III, во главе царской дружины участвовавший в тушении пожара в Москве и получивший на нём ожоги, издал указ о мерах пожарной безопасности в городе. Ввелась повинность за поджоги и за небрежное обращение с огнем. Изданный в XI веке сборник законов «Русская правда» устанавливал, что поджигатель и члены его семьи за содеянное обращались в рабство, а их имущество шло в казну.

 

В городе по концам улиц устанавливаются особые заставы – «решетки-рогатки», которые запирали на ночь. На заставах было установлено круглосуточное дежурство. Службу здесь возглавляли решеточные приказчики. В помощь к ним от каждых 10 дворов выделялся один горожанин. Главной задачей приказчиков являлось наблюдение за тем, «чтобы бою, грабежу, корчмы и табаку, никакого воровства не было, чтобы воры нигде не зажигали, не набросали огню, не накинули ни со двора, ни с улиц». Иностранный дипломат Амвросий Контарини, находившийся с посольством в Москве в 1476 году писал, что «...все городские улицы запираются на рогатки и ходить ночью дозволено по крайней необходимости...».

 

Контролировали службу решеточных приказчиков должностные лица из дворян, так называемые «объезжие головы», которые вместе с конной стражей объезжали город и следили за выполнением жителями царских указов об использовании огня, вылавливали поджигателей, руководили тушением пожаров. Назначенные в помощь «объезжим головам» из жителей «десятские, сотские и тысяцкие» поднимали население в случае пожара.

 

Судебник 1497 года усиливает меру наказания за поджог: «Зажигальщику животе не дать, казнить его смертной казни».

 

Подобного рода указы принимались многими городами в Европе. Учитывая степень общественно-экономического развития государств того времени, имеется достаточно оснований считать, что эти документы как нормы права, хотя они и носили декларативный характер, и их практическая ценность была невелика. Поэтому по-прежнему полыхали пожары. Было необходимо не только предупреждать возникновение пожаров, но и создавать такие условия, при которых было бы возможно с ними бороться. К этому времени в ряде государств уже был накоплен опыт борьбы с пожарами. Например, во Франции имелась как королевская стража, в обязанность которой входило тушение пожаров, так и стража, составленная из ремесленников. Срок повинности граждан в ней составлял два месяца. В Англии до XIII века борьба с пожарами целиком и полностью возлагалась на самих жителей, которые в соответствии с законом держали в своих домах инструменты для борьбы с огнём.

 

Общим делом, несмотря на некоторые отличия, было одно — это борьба с пожарами, за рубежом на этом этапе развития государств, возлагалась, в основном, на горожан, ремесленников и цеховые организации, которые не обладали способностью к слаженным совместным действиям.

 

После разорительного пожара в 1504 году издаются противопожарные правила, которыми запрещается не только топка бань и изб летом без крайней необходимости, но и с наступлением сумерек зажигать свечи в доме. Кузнецам и прочим ремесленникам, которые применяли в своем деле огонь, разрешалось устраивать горны и плавильни только вдали от жилых  зданий и других строений. Если сборник древнерусских законов содержал законодательные меры только против поджигателей, то меры Ивана III в отношении ремесленников были первым нормативным актом противопожарной безопасности на Руси. В нём говорилось, что основной причиной большинства пожаров была абсолютная беспечность людей при использовании огня.

По указу Ивана III в этом же году в Москве создаётся первая пожарно-сторожевая охрана.

 

Основная техника для борьбы с пожарами – вёдра, ломы, топоры, рогатины, бердыши, заступы, багры, лестницы и крючья. Важнейшим атрибутом каждого города было водоснабжение, в том числе и для нужд пожаротушения. В связи с чем, подавляющее большинство городов основывалось вблизи рек. Необходимость в большом количестве воды для тушения пожаров, принуждало людей искать различные способы её доставки в городские кварталы от источника.

 

Самотечные водопроводы на Руси, в частности Новгороде, появляются в XI-XII веках, в государствах Западной Европы – в XII-XIII веках. Широкое распространение получают и гидротехнические сооружения, с помощью которых вода подавалась в города.

 

Столицы европейских государств вплоть до XIV века  внешне напоминали огромные перенаселенные деревни, крыши домов которых обычно покрывались щепой или соломой. Историки отмечают, что плотность застройки, особенно в сельской местности, была такой, что в некоторых поселениях можно было по крышам дойти с одного края до другого. Все это привело власти к мысли ввести закон о постройке зданий из камня.

Первые каменные здания на Руси начали строить в 1382 году после крупного пожара в Москве. Ранее Х века о таких постройках сведений нет. Со времени распространения христианства каменщики приглашались исключительно для постройки храмов. Отдельные сооружения, возводимые для знати, не меняли общей картины. Царские указы о суровом наказании виновников пожаров чередовались с требованиями применять при строительстве камень. В 1493 году по указу Ивана III вокруг Кремля возводят стены, гидротехнические сооружения, копают пруды. А спустя 152 года сносят все деревянные постройки на расстоянии более 200 м от стен Кремля. К концу XV века в Москве улицы расширяют, городские стены возводят из огнестойкого материала.

 

И все же пожарное дело в эпоху средневековья развивалось медленно. В период повсеместного использования в качестве строительного материала древесины возникавшие пожары имели катастрофические последствия. О пожаре 1356 года, во время которого сгорел Кремль и Замоскворечье, летописец оставил следующее свидетельство: «...в один-два часа весь город сгорел без остатка. Была тогда сильная засуха и буря была к тому же сильная, перекидывала за 10 дворов головни и бревна с огнем и нельзя было тушить...». В документах того времени упоминаются и другие пожары, силу которых через века донесли нам сведения о пожаре 1485 года: «Погорел город Москва, Кремль весь... Железо вдавилось, как олово, расплавленная медь текла, как вода».

 

Главным способом борьбы с огнем был снос ближайших к пожару строений. Для спасения не загоревшихся построек их закрывали войлочными или брезентовыми щитами, которые поливали водой.

Средневековые документы содержали правила, касающиеся использования открытого огня, покрытия крыш, водообеспечения, а также строгие меры наказания за неосторожное пользование огнем. Пренебрегая правилами, владельцы домов возводили новые на месте сгоревших построек. При этом плотность строений оставалась на прежнем уровне, сохранялась та же опасность возникновения пожаров. Существовала и еще одна причина, приводящая к опустошительным пожарам. Связано это было с суеверием. Несмотря на жестокие наказания со стороны городских властей, большое количество горожан отказывалось тушить огонь, считая пожар карой, посланной Богом, противиться которой грех.

 

Преобразование пожарной охраны на Руси начинается с середины XVI века. Действующие до этого времени царские указы и распоряжения носили, в основном, запретительный характер (топки бань летом, использование огня в вечернее время и др.). В 1547 году эти меры дополнил указ Ивана Грозного, предписывающий жителям Москвы иметь на крышах домов и во дворах чаны с водой. Это был прогрессивный законодательный акт, так как население собственными силами могло ликвидировать небольшие очаги загорания. Других формирований, кроме пожарно-сторожевой охраны, не было.

Распространению огня при пожарах в городах способствовало и то, что по укрепившейся европейской традиции тротуары на улицах делались деревянными, а в дни праздников украшались ветками и травой. Деревянные настилы укладывали также и в Москве.

 

С развитием промышленности, ремесел, роста населения (численность населения в Москве в XVI веке – 100 тыс. человек) пожары становились тормозом экономического прогресса. Это вынуждало власти искать эффективные меры борьбы с огнем. Люди поначалу неумело и бессистемно брались за организацию пожарной охраны. Ввиду отсутствия противопожарного оборудования и постоянной сменяемости караульных пожарно-сторожевая охрана не могла оказать серьезного противостояния огню. Такое положение дел предопределило использование для борьбы с огнем наряду с пожарно-сторожевой охраной формирований с более четкой структурой.

 

С учреждением в 1550 году Стрелецкого приказа к тушению пожаров в Москве стали привлекаться стрельцы, что имело ряд положительных моментов. Во-первых, это была военная организация, с определенным уровнем дисциплины. Во-вторых, вооружение стрельцов могло использоваться при разборке горящих строений. В-третьих, они дислоцировались в постоянных местах (стрелецких слободах) и им не приходилось тратить время на сборы по тревоге, они сразу выезжали к месту пожара. В начальный период их численность составляла 3000 человек, что позволяло высылать на пожары достаточное количество стрельцов. Россия стала первой страной в мире, использующей для борьбы с огнем воинские подразделения. Этим опытом позднее воспользовались в Японии и Франции. Стрелецкие подразделения использовались для борьбы с огнем до конца XVII века.

 

В 1582 году правила пожарной безопасности, введенные в Москве, распространяются и на другие поселения. Для контроля соблюдения мер пожарной безопасности в 1603 году царь Борис Годунов делит столицу на 11 округов и назначает в каждом из них ответственным за «береженье от огня» одного из думских бояр. Сам факт, что среди них были такие известные в России люди, как Н.Р. Трубецкой, И.Ф. Баеманов, В.В. Толицин и другие, говорит о том, что царь уделял серьезное внимание предупреждению пожаров. Более того, он в приказном порядке обязал вновь назначенных лиц использовать любые меры для того, чтобы «...на Москве по всем улицам и переулкам... пожаров... не было».

 

Первые организационные меры по предупреждению и тушению пожаров

 

Среди сооружений, неоднократно горевших, был Московский печатный двор. Так как он относился к особо ответственным зданиям, до нас дошли сведения по защите его от огня. По расходным книгам установлено, что двор в 1624-1626 годах для «пожарного разорения» покупают четыре «водоливных трубы (поршневые насосы), из которых две – немецкой работы, а две – местной». Приобретается также кирпич (для быстрой закладки окон в случае пожара), пять брезентов, парус общей площадью 100 кв. аршин. Сторожей снабжают топорами и заступами, а во дворе расставляют кадки с водой, накрытые рогожами, чтобы вода не испарялась. Среди приобретенной утвари числились также по восемь ушатов и ведер, шесты для багров и прочее снаряжение.

 

Первые сведения о создании в Москве пожарных команд относятся к двадцатым годам XV столетия. Вначале в команде, размещавшейся на Земском дворе, было 100 человек, а с 1629 года — 200. В летнее время число пожарных возрастало до 300 человек. В их распоряжении находились водоливные трубы, бочки, щиты из луба, ведра и прочее имущество, выделяемое казной. Там же, на Земском дворе, постоянно дежурили 20 извозчиков с лошадьми. С момента создания эта команда переходит на содержание государства. Ответственный за тушение пожаров Земский приказ собирает на эти цели с населения Москвы подати. Но естественно, что эта команда не могла охранять от пожаров всю Москву.

 

Немецкий путешественник, ученый и дипломат Адам Олеарий, четырежды посетивший Москву в 30-40 годах ХVII столетия писал: «Матвей из Мехова 12 пишет, что Москва в его время была вдвое больше Флоренции в Тоскане или вдвое больше Праги в Чехии. Она совершенно — вплоть до Кремля — погорела в 1571 году при большом набеге крымских, или перекопских, татар; то же самое произошло с нею вторично в 1611 году, когда ее сожгли поляки.

 

Говорят, ещё теперь насчитывается до сорока тысяч пожарищ.

 

Жилые строения в городе (за исключением домов бояр и некоторых богатейших купцов и немцев, имеющих на дворах своих каменные дворцы) построены из дерева или из скрещенных и насаженных друг на друга сосновых и еловых балок. Крыши крыты тесом, поверх которого кладут бересту, а иногда — дерн. Поэтому-то часто и происходят сильные пожары: не проходит месяца или даже недели, чтобы несколько домов, а временами, если ветер силен, целые переулки не уничтожались огнем. Мы в свое время по ночам иногда видели, как в 3—4 местах зараз поднималось пламя. Незадолго до нашего прибытия погорела третья часть города, и, говорят, четыре года тому назад было опять то же самое. При подобном несчастье стрельцы и особые стражники должны оказывать огню противодействие. Водою здесь никогда не тушат, а зато немедленно ломают ближайшие к пожару дома, чтобы огонь потерял свою силу и погас. Для этой надобности каждый солдат и стражник ночью должен иметь при себе топор.

 

Чтобы предохранить каменные дворцы и подвалы от стремительного пламени во время пожаров, в них устраивают весьма маленькие оконные отверстия, которые запираются ставнями из листового железа.

Те, чьи дома погибли от пожара, легко могут обзавестись новыми домами: за Белой стеной на особом рынке стоит много домов, частью сложенных, частью разобранных. Их можно купить и задешево доставить на место и сложить.

 

Улицы широки, но осенью и в дождливую погоду очень грязны и вязки. Поэтому большинство улиц застлано круглыми бревнами, поставленными рядом; по ним идут как по мосткам». Об этом же свидетельствует Антиохийский Патриарх Макарий, посетивший Москву примерно в то же время: «...дома во всей стране московиты строят из еловых бревен... Пожары у них беспрестанно...» (Адам Олеарий. Описание путешествия в Московию).

 

В 1649 году на Руси принимаются два документа, имеющие непосредственное отношение к пожарному делу. Попытки законодательной власти нормировать вопросы по предотвращению и тушению пожаров, хотя и мало продвинули дело борьбы с огнем, но для истории пожарного дела имеют громадное значение. Первый из них, издаёт царь Алексей Михаилович, «Наказ о градском благочинии» от 6 апреля, который предписывал всем состоятельным людям держать во дворе медные водоливные трубы и деревянные ведра. Жителям со средним и малым достатком полагалось держать одну такую трубу на пять дворов. Ведра должны были быть у всех. Наказ требовал, чтобы в «пожарное время с решеточными приказчиками и со всякими людьми и с водоливным запасом быть готовым». Все дворы Москвы распределялись по рогаткам (частям), а списки людей хранились в Земском приказе. За невыполнение противопожарных мер, неявку на тушение пожаров вводились различные меры наказания – «черные и обычные люди» подвергались телесному наказанию и тюремному заключению, а о служивых и «всяких прочих» докладывалось государю.

 

Наказ, в основном, повторил все меры относительно правил отопления, принятые ранее. Однако в нем были заложены и новые положения. Так, контроль за выполнением правил отопления возлагался на десятских и сторожей, дежуривших на улицах. Их, в свою очередь, контролировали решеточные приказчики и стрельцы. Для отопления домов, где имелись больные и роженицы, необходимо было подать челобитную. Причем во время топки печей в избе присутствовали: должностное лицо и 154 дворовые люди с запасом воды. В Наказе также специально оговаривалось и время приготовления пищи – «с первого часу дни до четырех часов дни».

Этим документом впервые на Руси устанавливались правила должностных лиц, ответственных за пожарную безопасность. Наказ предписывал боярину Ивану Новикову и подьячему Викуле Панову «быть в объезде в Белом граде для береженья от огня и от всякого воровства». В случае загорания они должны были «быть немедля на пожаре и огонь тушить. А если они по Москве будут ездить оплошно и их небрежением учинится пожар, то от Государя всея Руси будет им великая опала».

 

Второй документ – «Уложение царя Алексея Михайловича». В нем также имелся ряд статей, регламентирующих правила обращения с огнем. Уложение вводило уголовную ответственность за поджоги и устанавливало различие между неосторожным обращением с огнем и поджогом. При возникновении пожара из-за неосторожности с виновного взыскивались убытки в размере, «что Государь укажет». За поджог наказание было самым суровым, зажигальщиков предписывалось сжигать. Через 15 лет в эту статью была внесена поправка: сжигание на костре было заменено виселицей. Статья 227 Уложения предоставляла право хозяину дома требовать от нанимателя (жильца) осторожного обращения с огнем. Закон устанавливал ответственность и за кражу частной собственности во время пожара. Похитителей привлекали к суду.

 

В 1670 и 1680 годах выходят новые указы. Главное их содержание — готовность населения к тушению пожаров и предупреждение поджогов – эту задачу возложили на «объезжего голову». В 1667 году царь назначает на это место князя Анастаса Македонского, а в подручные ему дает дьяка Ивана Ефимова. Им поручается объезжать Кремль днём и ночью и следить за всем, что выходит за рамки обычной жизни. К ним в помощь выделяются два подьячих, приказчики и стрельцы. В качестве сторожей в дневное и ночное время, как и прежде, привлекалось городское население: по одному человеку с десяти дворов и по одному — с десяти торговых лавок. Сторожа оснащались рогатинами, топорами, бердышами и водоливными трубами. При пожарах решеточные приказчики, стрельцы (количество которых в конце XVII века увеличилось до 22 тыс. человек), уличные сторожа с инструментом и запасом воды должны были прибывать «тотчас и действовать неоплошно, чтоб пожар утушить и дворы, хоромы от огня отнять». Руководство тушением возлагалось на «объезжую голову».

 

Важным моментом в профилактике пожаров явилась чистка дымоходов. Это нововведение распространилось на Москву и ряд других городов с 1675 года. Кроме того, устанавливалась обязательная норма строительства колодцев: каждые десять домов должны были иметь один колодец. Для реализации этого постановления в Пушкарском приказе образовали штат колодезников численностью 14 человек.

Должностные обязанности «объезжего головы» сводились к следующему:

  1. Расставить сторожей у решеток по улицам и переулкам и наблюдать за тем, «чтобы они в день и в ночь стояли без престани».
  2. Наблюдать, «чтоб никакие люди изб и мылен не топили и в вечеру поздно с огнем не сидели».
  3. «А во дворах, по всем хоромам велить для береженья от пожарного времени поставить мерники и кади большие с водою и помела».
  4. «Велеть всяких чинов людям чистить трубы, чтобы отнюдь в них руда (сажа) не множилась, того что та руда в трубах загорается и бывает искры многие и от того опасно пожару».

Во второй половине XVII века резко возросло число поджогов помещичьих усадеб и крестьянских дворов. Положение в стране настолько осложнилось, что царь 17 апреля 1670 года вынужден был обратиться к населению России с призывом соблюдать меры пожарной безопасности, чтобы «...изб своих и людских бань не топили, а по вечерам поздно с огнем не сидели...».

 

Вот, что писал Адольф Лизек в сказании о посольстве от императора римского Леопольда к Великому царю московскому Алексею Михайловичу в 1675 году: «Дома в Московии строятся низкие и не красивые; на поперечные стены употребляется ель, а на продольные сосна; кроют дранью, березовой корой и дерном: от чего часто бывают пожары. В нашу бытность, Москва горела шесть раз, и каждый раз сгорало до тысячи и более домов. Впрочем, в предотвращение несчастий, Стрельцы содержат постоянный караул в разных, местах города. Чтоб не дать распространиться пожару, они обыкновенно ломают дома возле того места, где загорелось. А если кто заплатит, чтоб отстояли его дом, в таком случае Стрельцы обыкновенно ставят щиты из бычачьей кожи, и беспрестанно поливают их водой, и тем совершенно заграждают дом от огня.

 

Впрочем, не великая беда, если дом и сгорит. Пожитки у Русских хранятся в яме, вырытой под домом, и остаются целы. Поэтому, у кого сгорел дом, тот на следующий же день может купить себе другой, или выстроить новый. Мы сами были свидетелями, как Русские, сделавши сруб из старых и новых бревен, тотчас ставили стропила, и таким образом постройка была почти кончена, без всяких издержек: за то их жилья так дурны, что скорее можно их почесть стойлами для животных, нежели домами. Но Вельможи и купцы имеют дома каменные, прочные и великолепные; кладовые и заводы строятся с крепкими сводами и маленькими окошками, которые запираются железными ставнями, и не боятся огня».

 

Новое развитие дело борьбы с огнем получило при Петре I. Первоначально охрана от пожаров Санкт-Петербурга была возложена на городских жителей. Исключение составляли «особы знатные», выставлявшие вместо себя дворовых людей. Такая постановка дела была характерна для всей России. Пожарную повинность несло даже духовенство. Только в 1736 году по ходатайству Синода священнослужители были освобождены от нарядов в полицейские ночные караулы, «дабы в церковной службе остановки не было», но участие в тушении пожаров и для них осталось обязательным.

 

Устанавливая порядок ночного караула, Петр I предписывал: «надлежит для воров какое-нибудь ружье, а для пожаров иметь: ведра, топоры, войлочные щиты, деревянные трубы (насосы), а в некоторых сборных местах крюки и парусы и большие водоливные трубы, и чтоб караульщики по ночам ходили по улицам с трещотками, как обычно в других странах».

 

Грандиозный пожар 1710 года, уничтоживший в одну ночь Гостиный двор, заставил ускорить строительство в городе караулен со складами водоливных труб. Для извещения о пожаре был сформирован отряд барабанщиков, который обходил ближайшие к пожару улицы и бил тревогу.

 

В 1711 году в ходе реформ Петра I в России вместо стрелецкого войска создается регулярная армия. Армейские полки привлекаются к тушению пожаров. Эта мера была законодательно закреплена указом Петра «О неукоснительном прибытии войск на пожары». Для оснащения воинских гарнизонов выделяются различные инструменты — топоры, ведра, лопаты, багры, водоливные трубы, щиты, парусина. Руководство тушением пожаров вменяется в обязанности воинским начальникам. Руководителем всей пожарной охраны был назначен князь Троекуров. Известно также, что Петр I лично принимал участие в борьбе с огнем, причем «его царское величество прибывает обычно на пожары первым».

 

Особым вниманием Петра пользовался флот. Царь собственноручно писал указы и распоряжения, относящиеся к противопожарной защите кораблей. 13 ноября 1718 г. вышел указ о постройке плашкоутов и установке на них насосов. В гавани было размещено шесть насосов с рукавами (новейшей конструкции). По штату на верфях полагалось иметь пять больших и десять малых крюков, столько же вил, семь парусин и пятьдесят щитов. Причем для охраны судостроительных верфей и портовых сооружений через каждые 40 м ставили лестницу и две бочки с водой. Все типы кораблей снабжались необходимыми инструментами. На двухпалубных судах полагалось иметь в наличии 12 пожарных ведер, столько же топоров и швабр, а на трехпалубных – по 18 единиц каждого наименования.

 

Централизация управления пожарной охраной

 

Истоки централизованного управления пожарной охраной берут свое начало с образованием в России государственных учреждений. Административно-полицейские функции в Москве в конце XVI-начале XVII века выполняет Земский приказ. Именно при нем в начале XVII века в Москве создается первая пожарная команда. В 1718 году в Петербурге учреждается должность генерал-полицмейстера. Непосредственно в его подчинение входит канцелярия, которая ведает осуществлением противопожарных мероприятий. В Москве подобная канцелярия была организована в 1722 году. Главным органом уездной администрации и полиции в то время был нижний земский суд, возглавляемый исправником. В задачу этого органа также входило принятие противопожарных мер. В течение XVIII века эти канцелярии назывались по-разному — пожарная контора, пожарная экспедиция.

 

В 1722 году в Адмиралтействе учреждается особая пожарная команда, работающая в две смены. Основу ее составляли рабочие. Первая смена после окончания работы уходила домой, а вторая ночевала в Адмиралтействе. Если пожар возникал в примыкающих к нему мастерских, то советник, отвечающий за пожарную безопасность, снаряжал на помощь только треть команды, а сам с остальными оставался внутри здания. Членам пожарной команды при пожарах помогали также и другие рабочие, мастеровые, матросы, причем четвертая часть всех собравшихся людей с инструментами сосредоточивалась у главного здания. После крупных пожаров в городах Переславле, Волхове, Москве в 1737 году были приняты дополнительные меры по охране от пожаров. В городах созданы особые патрули и караулы из воинских подразделений, которые существовали до 1762 года. В тех городах, где военные гарнизоны отсутствовали, подобные патрули формировались из чиновников.

 

По-прежнему действовал указ Петра I об участии войск в тушении пожаров. В нём был лишь несколько изменен порядок сбора по тревоге. С 1739 года солдаты были обязаны бежать на пожар с того места, где их застанет сигнал тревоги (ранее они искали ротного командира, а затем отправлялись к месту загорания).

Для обеспечения полков пожарной техникой был осуществлен учет имеющихся в них инструментов, а в 1740 году Сенат утвердил их положенность. По принятой росписи инструментов каждый полк оснащался большой заливной трубой с принадлежностями, чаном для воды и парусиной. В батальонах имелись большой крюк с цепью, вилы и лестница. Рота оснащалась 25 топорами, ведрами, щитом, лопатами, четырьмя ручными насосами, двумя малыми крюками. Кроме того, для перевозки пожарных инструментов выделялось шесть лошадей. «А людям ходить с упомянутыми инструментами с каждой роты половину, да с каждого полка по одному барабанщику». Солдаты должны были бежать к месту пожара «с того места, где застанет сигнал». В случае пожара с каждой роты отправлялась половина личного состава с инструментами и один барабанщик от полка. Другая половина роты находилась в готовности на полковом дворе.

 

Для оценки обстановки с пожарами в России с 1737 года все сведения о пожарах стали направляться в правительственные органы. Сенату последовало указание «впредь, тотчас же по получении рапортов о пожаре, снимать с них копии и подавать их немедленно в Кабинет». Военные и штатс-конторы требовали присылать «верные описи того, что осталось, что сгорело», которые затем также пересылались в Сенат.

Учитывая возможность распространения пожаров при ветреной погоде, в тактику борьбы с огнем вносятся некоторые изменения. Особое внимание уделяется складским помещениям, находящимся в районе пожара. Например, весь имевшийся в Москве порох, торговлю которым вели казенные магазины, перевозится за город. При возникновении пожара в окрест такого хранилища к нему в обязательном порядке высылались воинские подразделения с необходимыми инструментами и несли здесь дежурство до полного подавления огня.

 

В 1747 году пожарной техникой оснащаются все правительственные учреждения. Для предупреждения пожаров в Сенате, Синоде, коллегиях и канцеляриях на чердачных помещениях устанавливают посты, дежурство на которых несли солдаты. Им выделялся определенный комплект снаряжения: две большие заливные трубы, десять ручных труб, 20 вёдер и кадок. В Сенате имелся большой насос с рукавами, большая заливная труба и ведра. Спустя пять лет этот комплект увеличивают, а для перевозки заливных труб и бочек выделяются две лошади и вводятся в штат два солдата. Средства для этого выделялись из государственной штатс-конторы. Для повышения готовности пожарных труб к работе в 1754 году на Васильевском острове Санкт-Петербурга впервые устанавливают теплые сараи.

 

Эти меры, несомненно, повышали степень готовности борьбы с огнем, однако по-прежнему при созданных пожарных обозах не было постоянного и определенного штата служителей. Между тем отдельные пожарные команды с постоянным составом уже имелись в Адмиралтействе, а с 1741 года и в царском дворце.

С 1748 года тактика борьбы с огнем несколько изменяется. Особое внимание уделяется складским помещениям, находящимся в зоне пожара. Например, весь имевшийся в Москве порох, торговлю которым вели казенные магазины, сосредоточивается за городом. При возникновении пожара в окрестности такого хранилища к нему прибывали воинские подразделения с необходимыми пожарными инструментами и несли здесь дежурство до полного подавления огня.

 

Это был значительный шаг вперед, однако в пожарных обозах при коллегиях по-прежнему не было постоянного штата пожарных служителей. В 1722 году была образована команда из рабочих Адмиралтейства. В 1741 году в царском дворце столицы была сформирована пожарная команда из 22 человек.

Для борьбы с пожарами по-прежнему используется и население. Указами 1719 и 1722 годов определялось, что с каждого двора к месту пожара должно собираться определенное количество жителей с конкретными инструментами. Такое же правило действовало в Москве и провинциях. Жители вносились в особый реестр, за который отвечали сотские, пятидесятские и десятские. Общий контроль возлагался на полицию.

Отсутствие профессиональных навыков, постоянная сменяемость людей затрудняли тушение пожаров. Для ликвидации пожаров и возгораний требовались специальные знания. Возросшие требования на определенной ступени развития пожарного дела повлияли на появление кадровых пожарных команд.

Осознавая необходимость наличия постоянных кадров, правительство России специальным указом в качестве временной меры распорядилось направлять в коллегии воинские подразделения, что внесло определенный порядок при тушении пожаров и явилось началом перехода к пожарным командам с постоянным составом.

 

Этот вопрос был окончательно решен указом Екатерины II от 15 декабря 1763 года учреждением штата Санкт-петербургской полиции, при которой «определено было иметь число чинов при пожарных инструментах с брандмайором во главе». Указом предписывалось: «Если загоралось в Адмиралтейской и Литейных частях, по левой стороне Невского проспекта и Невского монастыря прибывали лейб-гвардии Преображенский, Конный и Артиллерийский полки. Лейб-гвардии Семеновский, Измайловский и Рязанский полки приводились в боевую готовность и поддерживали связь с выступившими частями». В штат вошли также брандмейстер, семь унтер-брандмейстеров, два кузнеца, слесарный мастер с двумя учениками, медник, литейщик, токарь, трубочистный мастер, сорок трубочистов, 120 ремонтников печного отопления, сапожник, четыре повозки для перевозки бочек и четыре лошади. Для наблюдения за мастеровыми были приставлены вахмистр и три капрала.

 

Обязанности созданного формирования заключались в принятии мер противопожарной безопасности, наблюдении за исправностью пожарных насосов и доставке их на пожар. Правда, было всего четыре лошади, и насосы, как правило, прибывали лишь для поливки костра пожарища.

Подобная «пожарная контора» была организована и в Москве.

 

При Петре I тушение пожаров, приобретение и распределение технических средств в столице было возложено на генерал-полицмейстера А.М. Девиера. Этим же занимались и другие госучреждения, поэтому единое руководство отсутствовало. В 1754 году принимается указ, согласно которому «всех полков командам при тушении пожарных случаев быть генерал-полицмейстеру послушным». На полицию также возлагалось сообщение о пожарах на местах. Им же было предоставлено право выдачи поощрительных наград пожарным, первым прибывшим в район бедствия. Права и обязанности генерал-губернаторов и губернаторов в городах определялись указом 1755 года, согласно которому надлежало соблюдать бдительность и предосторожность. При пожарах им подчинялись воинские начальники. Указ касался и нижестоящих чиновников. Земские капитаны обязаны были следить за мерами предосторожности при обращении с огнем населения.

 

На земских исправников возлагалось руководство тушением пожаров в лесах и на полях. Те же задачи вошли в обязанность городничего.

 

Помимо решения организационных вопросов большое внимание уделялось мерам предупреждения пожаров. С 1712 года в новой столице было запрещено строительство деревянных домов. В Москве это положение действовало с 1700 года. Кроме каменных разрешалось строить глинобитные дома. Новое строительство регламентировалось указом 1728 года «О построении домов в Санкт-Петербурге с соблюдением всевозможных предосторожностей от огня». В нем указывались способы возведения печей в домах и соединения их с крышей. Печи разрешалось устанавливать только на несгораемом фундаменте, причем сама печь отделялась от стены дома двумя кирпичами. Домовладельцам строго предписывалось использовать в качестве материала для крыш только черепицу, и уже имевшиеся деревянные покрытия предлагалось заменить на черепичные. Здания разрешалось строить «в одно жило» (в одну линию), промежутки между ними по новому указу составляли не менее 13 м.

 

Во избежание катастрофических пожаров все деревянные постройки, находящиеся вблизи важных и пожароопасных объектов, были снесены. Во все города и села рассылались печатные указы о противопожарных мерах и соответствующие инструкции. Их читали в церквях по воскресным и праздничным дням.

 

Противопожарные требования в строительстве постоянно дополнялись. В частности, в 1736 году были введены нормы по строительству брандмауэров (противопожарных стен). Позднее издан указ о запрещении строительства чердачных помещений.

 

Для установления надзора за новым строительством, разработки противопожарных мероприятий в 1737 году в Санкт-Петербурге учреждается особая строительная комиссия.

 

До XVIII века законов, охраняющих лесные богатства от пожаров, не было. Леса было много, и его хватало на все хозяйственные нужды. Однако с XVIII века положение дел стало меняться. Государство начало вводить некоторые ограничения. В 1753 году указом было запрещено разводить огонь в лесу. Это был первый такого рода документ. Спустя несколько лет это требование еще более ужесточили. Было запрещено разводить огонь вблизи лесов и мостов. Контроль за этим возлагался на специальную службу, которая несла дежурство на всех больших дорогах.

 

В целях предупреждения пожаров Сенат принимает ряд дополнительных мер. В 1762 году обследование состояния водоснабжения показало, что, несмотря на ранее изданные распоряжения, колодцы во многих местах находились в неудовлетворительном состоянии.

 

В изданном тогда же постановлении домовладельцы обязывались иметь колодцы в хорошем состоянии, с «изобилием воды». На их обустройство с момента выхода постановления отводилось две недели, после чего нарушители подвергались штрафам.

 

Спустя два года выходит указ, который обязывал привлекать к тушению пожаров в лесах и болотах «уездных обывателей и прочих, кого следует прилагать по всем губерниям». В соответствии с этим указом Военной коллегией издается распоряжение воинским начальникам, «чтобы они, где огонь покажется, чинили обывателям всепоможение».

 

За нарушение правил пожарной безопасности в Москве и Санкт-Петербурге с 1722 года устанавливались штрафы: «Со знатных людей 16 алтын и 4 деньги», с незнатных — в два раза меньше. Описания современников больших городов XVIII века сохранили свидетельства страшных пожаров. Основные причины — исключительно деревянные постройки при большой их плотности, отсутствие пожарной охраны, небрежность обращения населения с огнем. Саратов, например, за всю историю выгорал 15 раз. Почти каждый пожар вызывал ответные меры властей по улучшению пожарной безопасности.

 

В 1765 году во всех губернских городах учредили пожарные обозы, обеспечивающие доставку инвентаря к месту пожара.

 

Помимо действующих указов о предупреждении пожаров в лесах, в 1774 году выходят новые обязательные правила. Контроль за состоянием лесных запасов возлагался на сотских. Правилами им предписывалось «смотреть со товарищи, чтоб в тех селениях жители и проезжие близ лесов и посеянного хлеба огня не раскладывали».

 

Принятые законодательные акты охватили целый ряд хозяйственных отраслей. В их числе был и флот. С 1765 года начал действовать новый «Регламент об управлении адмиралтейством и флотом». В нем указывалось, что гавани, корабли, магазины и прочие строения, принадлежащие адмиралтейству, должны тщательно охраняться, особенно в тех местах, где допускалось хранение огня. Караулам предписывалось иметь в наличии пожарный инструмент и постоянно вести наблюдение. В целях контроля соблюдения нового регламента главные командиры порта обязаны были ежедневно рапортовать Коллегии о том, что «во всем оном добрая осторожность хранится». Несколько позже, в 1718 году, выходит «Устав купеческого судоходства», в соответствии с которым экипажу запрещалось передвигаться по кораблю и спускаться в трюм с зажженной свечой или другим светильником. В случае необходимости разрешение мог дать только командир корабля или старший офицер.

 

На 1775 году в Москве насчитывалось 8778 дворов, из которых 1209 были каменными; 24 монастыря, 256 церквей, 378 кузниц и других зданий, общее число которых составляло 10797, хотя в предыдущее десятилетие число московских строений приближалось к 20 тысячам. Только в 1748 году в пяти пожарах сгорело 6620 объектов, среди которых было 4519 покоев, 1924 двора, 32 церкви, 3 монастыря.

Обеспокоенные москвичи через своего депутата князя А. Голицина в 1767 году обращаются к комиссии по выработке нового Уложения с «Наказом от жителей города Москвы». В одном из пунктов этого документа говорилось: «Для предосторожности от пожарных случаев, коими здешний город многократно весь почти в пепел обращаем был, необходимо кладку печей, каминов, очагов производить под присмотром мастеров». Кроме этого они обращали внимание комиссии на большую плотность за стройки. 'Так как из-за скученности уже построенных деревянных строений едва ли можно что предпринять, то необходимость заставляет просить, чтобы в знатнейших частях города запрещено было деревянные строения и жителей принудить каменные дома и службы крыть черепицей».

 

С 1772 года изменяется структура пожарных формирований. При всех полицейских частях Санкт-Петербурга был утвержден штат чинов «при пожарных инструментах». В состав каждой из них вошли брандмейстер, 106 служащих и 10 извозчиков. На каждую часть приходилось по 20 лошадей. Команды содержались подрядчиками из числа военных чиновников.

 

Спустя десять лет порядок содержания пожарных команд изменяется. По указу Екатерины II лошадей стали покупать за счёт казны, а кучеров стали нанимать с выплатой в год шести рублей жалованья. Кроме того, кучерам полагалось бесплатное обмундирование. С 1792 года пожарные команды полностью передаются в ведение полиции.

 

В Москве процесс создания пожарных команд происходил несколько иначе. В 1784 году город делят на 20 районов, в каждом из которых образуется пожарная команда. Для тушения пожаров привлекалось население в количестве 2824 человек от всех домовладений, пропорционально числу комнат в доме. Содержание и обувь они получали от хозяев. В ведении команд находилось 464 казенных извозчика, из которых 180 предназначалось для обслуживания полицейских. Из 664 лошадей, положенных по штату для перевозки инструментов, по прямому назначению использовалось 464, остальные предназначались для других целей. Всего на содержание 20 частных команд отпускалось 840 рублей ежегодно. На ремонт повозок, пожарного инструмента, починку амуниции и подготовку лошадей выделялось 2000 рублей.

 

В последнем десятилетии XVIII века вновь идет реорганизация. Принятый «Устав города Москвы» предусматривал образование при обер-полицмейстере пожарной экспедиции во главе с брандмайором. В штате экспедиции числилось 20 брандмейстеров, 61 мастеровой. При экспедиции имелось 360 драгунских лошадей, а также 523 лошади для перевозки пожарных инструментов.

 

К пожарным частям по месту жительства было приписано 1500 человек, т.е. 75 человек на одну часть. В них устанавливалось трехсменное дежурство, по 25 человек в смену. При возникновении в районе части пожара выезжала первая смена, затем к ней присоединялась вторая. Третья смена прибывала на съезжий двор для дежурства на случай нового пожара.

 

Как правило, на большие пожары выезжали брандмайор и все брандмейстеры. Вместе с ними прибывали и по две смены пожарных с инструментами. Таким образом, на пожаре сосредоточивалось: тысяча пожарных, свыше 20 насосов, 60 бочек с водой, 330 лошадей. А при возникновении угрозы разрастания пожара сюда дополнительно прибывала и третья смена со всех частей, что приводило к большой сумятице, создавало значительные трудности в управлении и организации тушения.

 

Только в 1808 году устанавливается порядок, определяющий выезд команд при различных пожарах. Кроме того, сюда стекались и большие толпы зрителей, затруднявших работу пожарных. Это побудило Екатерину II издать специальный указ: «Кто бы какого звания ни был обоего пола, никому к пожару не ездить и не ходить, кроме тех, чья должность есть быть при таком случае; если же кто против сего поступит, то с имеющихся чинов взыщется от полиции треть по окладу их жалованья на Воспитательный дом, а лошади и люди, кои при них будут, употреблены будут», т.е. зевак на пожаре теперь стали штрафовать.

 

Спустя шесть лет после образования в Москве пожарной экспедиции подобная структура создается в Санкт-Петербурге. В 1798 году принимается «Устав столичного города Санкт-Петербурга», в шестой главе которого указывался порядок организации экспедиции. Для заведования пожарным обозом и за соблюдением мер пожарной безопасности в городе вводилась должность брандмайора, а в каждой из 11 полицейских частей — должность брандмейстера. Число жителей, выделяемых каждой частью на пожар, определялось количеством жилых комнат домовладения. При этом на воротах каждого дома обозначались те инструменты, с которыми жители должны были являться на пожар.

 

В случае большого пожара по распоряжению генерал-губернатора дополнительно выделялись солдаты городского гарнизона. Устав пехотной полковой службы 1796 году имел инструкции по пожарному делу. «Высочайшим приказом» 1798 года начальники пожарных команд при приезде на пожар обязаны были подчиняться местным полицейским властям. Это право подчас вело к такому неграмотному руководству, что в результате выполнения изданных распоряжений гибли люди и сгорали в огне большие ценности.

В составе пожарного обоза каждой из частей имелись два больших пожарных насоса. Помимо этого, обозы имелись в городских кварталах. Они имели в своем составе один малый насос и два ручных. Устав предусматривал наличие трубочиста в штате каждой части.

 

В сельской местности указом 1797 года крестьянам предписывалось иметь на случай пожара несколько крюков и 3–4 лестницы. Эти инструменты обычно хранились возле церквей или в центре села. Если село было большим, то инструменты держались по приходам. На крышах крестьянских домов возле печных труб летом должны были стоять небольшие чаны с водой. В домах, где труб не было, чаны с водой ставили у ворот. Пожарные инструменты закреплялись за каждым жителем заранее.

 

Большую угрозу для сельской местности представляли лесные пожары, одной из распространенных причин которых являлось сжигание леса при расчистке земли под новые пашни. Это происходило повсеместно. Специальным указом, вышедшим в 1798 году, ответственность за предупреждение лесных пожаров возлагалась на местные управы. Два года спустя новым указом в казенных селениях учреждаются старосты, которых избирали на три года из поселян. В обязанность старосты вменялся контроль соблюдения противопожарных правил. В частности, разрешалось разводить огонь только на пастбищах. Пастухам запрещалось разводить костры с наступлением весны и до середины октября. В ночное время можно было разводить костер не ближе двух сажень от леса или порубок. Кроме того, в радиусе двух сажень от костра выкашивалась трава.

 

Конец XVIII века ознаменовался в Санкт-Петербурге опустошительными пожарами. Они заставили правительство внести серьезные изменения в организацию пожарной охраны столицы, которая до этого обеспечивалась мобилизованными жителями и войсками гарнизона. Правда, уже существовала пожарная экспедиция, но она представляла собой скорее административный орган, поскольку штатного состава в ней не имелось.

 

29 ноября 1802 года был принят указ об организации при съезжих дворах постоянной пожарной команды из 1602 человек, составленной из солдат, неспособных к строевой службе. Весной 1803 года команда была сформирована, и 24 июля того же года жители столицы освобождаются от несения пожарной повинности. Этому событию предшествовала большая работа. Анализ состояния пожарного дела привел к заключению о полной несостоятельности и нецелесообразности использовать для этих целей население. С этого времени и в других городах России начинается процесс создания профессиональных пожарных команд. Начался новый этап в организации борьбы с огнем.

 

Организационно-пожарная команда Санкт-Петербурга насчитывала 11 частей, прикрепленных к полицейским участкам. В 1811 году образуется и 12 часть. Штат команды был утвержден в следующем составе: брандмайор, 11 брандмейстеров, 11 помощников унтер-офицерского звания, 528 пожарных, мастер по насосам, слесарь с двумя учениками, 2 кузнеца, трубочистный мастер, 24 трубочиста и 137 кучеров. Первым брандмайором Санкт-Петербурга с 1803-го по 1827 год был полковник Домрачев.

 

Манифестом от 8 сентября 1802 года в России было создано МВД. В столицах Санкт-Петербурге и Москве во главе полиции стояли обер-полицмейстеры, под непосредственным началом которых находились Управы благочиния. Подобные управы имелись и в губернских городах. В их задачу входило централизованное управление пожарной охраной. Непосредственно борьбу с огнем вели пожарные команды, которые имелись при полицейских частях.

 

29 ноября 1802 года принимается Указ об организации в Санкт-Петербурге при съезжих дворах постоянной пожарной команды из 786 солдат внутренней стражи. Весной 1803 года команда была сформирована. Указом Александра I от 31 мая  1804 года население столицы освобождалось от выделения ночных сторожей, содержания пожарных работников, освещения улиц.

 

31 мая 1804 года профессиональная пожарная команда создается и в Москве. В принятом в этот день указе пояснялось, что «для отправления ночной стражи и содержания пожарных служителей составить особенную из отставных солдат команду».

 

На пожар в Санкт-Петербурге часть выезжала в следующем составе: брандмейстер верхом на лошади, линейка с пожарными, повозка с лестницами и баграми, средний насос и три повозки с водой. По прибытии к месту пожара лошади по мере необходимости возвращались в часть за дополнительным снаряжением.

Всего в начале второго десятилетия XX века в городе насчитывалось 17 больших (5 зимних и 12 летних), 12 средних и 24 малых насоса. Большой насос, используемый в зимнее время, приводился в действие десятью пожарными. Дальность подачи водяной струи такого насоса составляла 12 саженей. Заливной короб насоса вмещал 55 вёдер воды, которой хватало на 2,5 минуты работы.

 

В командах имелись также большие и малые ручные насосы. Большие насосы не имели заливного короба. Вода для них от источника водоснабжения подавалась большими или средними насосами с помощью рукавов в специальные железные короба. А уже из короба вода по рукавам, длина которых достигала 50 саженей, подавалась к ручным насосам, размещаемых в помещении. Обслуживали эти насосы 4 человека, а воду можно было подавать на расстояние 6 саженей.

 

Для доставки воды пожарные части использовали летом бочки, а зимой чаны емкостью 70 вёдер. В каждой части было по 3 ёмкости каждого наименования.

 

Для работы на крышах пожарными использовались пятиколенные лестницы, с помощью которых можно было подняться на высоту 8 саженей. В те времена это были одни из лучших лестниц в мире. Изготавливались они в Санкт-Петербургском пожарном депо. В вышедших в 1818 году «Практических наставлениях брандмейстерам» была подробно изложена работа с лестницей и другими пожарными инструментами, приведены различные рецепты огнезащитных покрытий для деревянных конструкций, правила и способы борьбы с огнем и т.п.

 

С учреждением пожарных команд начинается строительство пожарных депо — съезжих домов с каланчами.

В них размещались полицейские и пожарные части. В комплектовании пожарных команд инструментами не было никакой системы: каждая часть заботилась о своем оснащении самостоятельно.

В 1812 году в Санкт-Петербурге и Москве создаются пожарные депо с мастерскими. На эти мастерские возлагалась обязанность изготовлять пожарный инвентарь.

 

Специальным распоряжением в 1820 году губернские и уездные города стали снабжаться пожарными инструментами из столичных депо.

 

Санкт-Петербургское пожарное депо оказало большую помощь всем губерниям. Только за 15 лет своего существования депо изготовило и разослало по многим городам на 215 тыс. рублей различного инструмента, обучило и подготовило 83 человека. Впоследствии здесь были изготовлены пожарные инструменты, получившие мировую известность.

 

В Царицыне и уезде до второй половины XIX века не было профессиональной пожарной охраны, и борьба с пожарами велась, как и прежде, населением. На городской площади в деревянном сарае хранился пожарный инвентарь, а также имелись две лошади и при них платные кучера. По сигналу тревоги на пожар сбегались жители с закрепленными за ними инструментами. Только в 1900 году здесь создается пожарная команда с выездным обозом и учреждается должность брандмайора.

 

В других городах их организация осуществлялась на основе «Положения о составе пожарной охраны Петербурга и Москвы». Однако пройдет немало времени, пока этот процесс примет массовый характер. Так, пожарная команда при Тульском оружейном заводе была образована лишь в 1835 году. В Киеве должность брандмейстера учреждается в 1835 году, в станицах Войска Донского — в 1837 году.

 

В Уфе для организации и устройства пожарной команды в 1824 году был введен специальный налог. В Вологде в 1829 году утвержден штат пожарной команды в составе брандмейстера, двух учеников, одного унтер-офицера, двенадцати рядовых пожарных. Причем их количество могло быть увеличено по представлению губернатора Министерством внутренних дел. В городах Владимирской области для учреждения пожарных команд вся недвижимость облагалась специальным налогом.

 

Большое количество пожаров происходило из-за допускаемых нарушений при строительстве, что обязывало специалистов постоянно совершенствовать строительные нормы. В 1809 году в дополнение к существующим издаются правила, согласно которым деревянные строения с печным отоплением должны были возводиться на расстоянии не менее 12 саженей друг от друга. Строительство деревянных двухэтажных домов запрещалось. Второй этаж допускалось делать из дерева только в том случае, если первый этаж был каменным.

За строительные просчеты и отсутствие во вновь строящихся зданиях противопожарных перегородок архитекторы и строители привлекались к ответственности. Эти и другие меры по обеспечению пожарной безопасности, накопленный опыт строительства нашли отражение в изданном в 1832 году «Строительном Уставе». Основной упор в нем был сделан на профилактику — определены условия строительства зданий, правила возведения печей, даны нормативы по противопожарным разрывам.

 

Помимо этих правил, Санкт-Петербургская полиция в 1813 году издает документ «О мерах осторожности от огня», который в обязательном порядке вручался всем домовладельцам. Этот документ состоял из 32 разделов. В нем, в частности, отмечалось, что хозяин дома должен лично осматривать печи, очаги. Ему вменялась в обязанность переделка «всего того, что пойдет испорченным, поврежденным». Запрещалось доверять зажжение свеч, разжигание самоваров и печей престарелым, больным и детям, а лампы возле этой категории жильцов устанавливать таким образом, чтобы не мог возникнуть пожар.

 

В 1853 году в организации пожарной охраны происходят изменения. В соответствии с «Нормальной табели составу пожарной части в городах» штатный состав пожарных команд стал определяться в зависимости от численности населения. Такой подход внес известную пропорциональность и планомерность в организацию пожарной охраны. Все города делились на семь разрядов. К первому относились города с населением до 2 тысяч жителей, а к седьмому — от 25 до 30 тысяч. Число пожарных, возглавляемых брандмейстером, в каждом разряде, начиная с первого, составляло соответственно 5; 12; 26; 39; 51; 63; 75 человек. Проекты штатов утверждались Министерством внутренних дел. За 1853 год было утверждено штатное расписание для 461 города.

 

В отличие от указа Екатерины II от 1782 года, в соответствии с которым комплектование команд производилось из гражданских лиц, по новому штату люди подбирались из военного ведомства. Табель также определял и количество необходимого пожарного инструмента для каждого из разрядов.

Такой порядок существовал до 1873 года, когда вышел указ о прекращении комплектований пожарных военным ведомством. В связи с введением в России с 1874 года всеобщей воинской повинности на этот год было разрешено доукомплектовать команды молодыми солдатами. Лица, принятые на службу в пожарную охрану, освобождались от службы в армии. Несение службы в командах регламентировалось «Уставом пожарным», изданным в 1857 году в Своде законов. Устав состоял из 7 глав и 150 статей. Основные положения этого документа были изданы почти 150 лет назад, поэтому в нем содержались указы, нередко противоречащие друг другу.

 

Одновременно с профессиональными командами, подчиненными полиции, создаются вольнонаемные, принадлежащие городскому самоуправлению. В ряде мест возникают общественные команды и добровольные пожарные дружины. Например, численность общественной команды г. Осташкова Тверской губернии, образованной в 1843 году, составила 18 человек с брандмейстером.

 

Пройдет немного времени, и у пожарных команд появится много хозяев. Журнал «Пожарное дело» в 1896 году так писал по этому поводу: «Пожарное дело в России, конечно, есть. Но его нет как специально обособленного дела, как специальной объединенной отрасли государственного хозяйства. Оно давно растерзано и разметано по всевозможным учреждениям — земство, городские самоуправления, полиция, сельские власти, министерства...».

 

К началу 1812 года общая численность пожарной охраны в Москве составляла немногим более 1500 человек, располагавшими 96 большими и малыми насосами. До нашествия Наполеона в городе проживало 261 884 человека, имелось 464 фабрики и завода, 9151 жилой дом, из которых только 2567 были каменными. В результате пожара 1812 года было уничтожено 6596 домов. Пожарная команда выехала из города со своим обозом вместе с уходящими жителями.

 

В комплектовании пожарных команд техникой не было никакой системы. 13 апреля 1812 года в Санкт-Петербурге и Москве создаются пожарные депо с мастерскими. В них, как указывалось в постановлении, "должны изготовляться всякого рода и звания огнегасительные инструменты для рассылки по всем губерниям". Их изготовлением занимались как казенные мастера, так и вольнонаемные. Губернские города присылали в депо по три человека для обучения, которые затем зачислялись в штат с обязательным условием прослужить в пожарной охране 15 лет. По возвращении на места они налаживали изготовление у себя подобных инструментов и обучали этому искусству других. Так возникли мастерские в Казани, Киеве, Пензе, Рязани, Риге, Вильно, Ярославле и Харькове.

 

Несение службы в пожарных командах регламентировалось "Уставом пожарным", принятым в 1832 году. Он состоял из 7 глав и 150 статей. Основные положения этого документа были изданы ранее, поэтому в нем содержались статьи, нередко противоречащие друг другу. Под стать этому уставу было и решение от 1837 года о комплектовании пожарных команд из числа лиц, отбывших наказание. Это привело к тому, что в ряде команд нашли пристанище уголовники, которые во время пожаров занимались грабежом.

 

Пожарная охрана в середине XIX века

 

Середина XIX века явилась заметной вехой в развитии строительства пожарной охраны в России. 17 марта 1853 года утверждается «Нормальная табель состава пожарной части в городах». В соответствии с этим документом штатный состав команд впервые стал определяться не по «высочайшему разрешению», а в зависимости от численности населения. Все города делились на семь разрядов. К первому относились города с населением до двух тысяч жителей, а к седьмому – от 25 до 30 тысяч. Число пожарных в каждом разряде, начиная с первого, составляло соответственно 5; 12; 26; 39; 51; 63 и 75 человек, возглавляемых брандмейстером. Проекты штатов, составленные губернаторами городов, утверждались Министерством внутренних дел.

 

За 1853 год штатное расписание было утверждено в 461 городе. В соответствии со штатом определялась положенность пожарной техники для каждого разряда, средств на ее ремонт. В отличие от указа Екатерины II от 1782 года, по которому комплектование команд производилось гражданскими лицами, по новому положению люди подбирались из военного ведомства.

 

Такой порядок существовал до 1873 года, когда вышел указ о прекращении комплектования пожарных военным ведомством. В связи с введением в России в 1874 году всеобщей воинской повинности, на этот год было разрешено доукомплектовать команды молодыми солдатами.

 

Лица, принятые на службу в пожарную оPхрану, освобождались от призыва в армию. Пожарные команды содержались за счет городской казны, но руководство их действиями по-прежнему оставалось в ведении полиции. Эта двойственность вносила много путаницы. Городской голова Саратова в рапорте губернатору, в котором он добивался передачи пожарной команды в свое подчинение, писал: «...Поводом к означенному ходатайству... послужило отсутствие единомыслия в управлении пожарной частью, вытекающее из того, что управление хозяйственной частью пожарной команды находится в ведении Городской управы, а личный состав ее зависит от полиции, отчего происходит ущерб как вообще для городских интересов, так и, в частности, пожарного обоза...». Однако это ходатайство не было удовлетворено.

 

В 1857 году переиздается «Пожарный устав». В нём, в частности, предусматривалось образование в городских районах пожарных частей. Однако большая часть требований этого устава повторяла ранее изданные положения, в связи с чем, он в кодификационном порядке был исключен из Свода законов Российской империи и потерял свою силу.

В 1873 году решением Государственного Совета земским учреждениям было предоставлено право издавать обязательные правила по мерам предосторожности от пожаров и их тушению в сельской местности. Как отмечали специалисты, увеличение количества постановлений и циркуляров, к сожалению, не давало достаточных гарантий для уменьшения числа пожаров и их последствий. В среде пожарных росло мнение о неудовлетворительном положении дел, но изменить что-либо они не могли.

 

В связи с этим в печати все чаще поднимался вопрос о пожарной реформе. Речь шла о том, что именно пожарные должны заниматься предупреждением пожаров. Эта мысль отчетливо прозвучала на съезде пожарных в выступлении графа П.Сюзора. Он отмечал, что вовремя принятые предупредительные меры спасут сотни тысяч людей от огненной беды. Однако в решениях съезда этот вопрос не получил дальнейшего развития, и деятельность пожарных обществ по-прежнему признавалась многими исключительно в форме обязанности ее членов «являться для тушения всякого пожара». Профилактические же меры не входят в сферу компетенции общества. Попытки пожарных как-то повлиять на реальную обстановку вызывали если не недовольство администрации, то во всяком случае замечания о том, что такое вмешательство выходит за пределы деятельности пожарных обществ и команд.

 

Какой же представляли себе реформу наши предшественники? Они считали, что деятельность пожарных обществ должна быть сосредоточена на трех главных направлениях:

  • борьба с реальными пожарами;
  • предупреждение пожаров;
  • создание такого рода мер и средств, которые могли бы содействовать скорейшему тушению пожаров.

Все задачи по предупреждению пожаров должно было возглавить Особое противопожарное присутствие, организация которого предполагалась во многих городах России. На него возлагали издание обязательных правил о постройках, об очистке труб, ремонте печей. Все страховые полисы в обязательном порядке должны были проходить через этот орган. Современники видели в этом одну из главных мер, противодействующих злоупотреблениям в страховании. Здесь же предполагалось проводить проверку материалов дознания о причинах пожаров. Присутствию предоставлялись права закрытия зрелищных сооружений, построенных с нарушениями строительных норм, устанавливать места торговли легковоспламеняющимися жидкостями и другое. Пройдет еще более 30 лет, прежде чем в России появится Государственный пожарный надзор, создания которого так настойчиво добивались прогрессивные пожарные деятели прошлого века.

 

По состоянию на 1892 год в России насчитывалось постоянных профессиональных команд — 590, добровольных городских — 250, сельских — 2026, заводских — 127, военных — 13, частных — 12, железнодорожных — 2. Численность личного состава в них — 84 241 человек. На вооружении пожарных формирований находилось 4970 линеек, 169 паровых насосов, 10 118 больших пожарных насосов, 3758 ручных насосов и гидропультов, 35 390 бочек, 4718 багровых ходов, 19 лазаретных фургонов. Эти сведения касаются 1624 населенных пунктов и территорий, включая Финляндию, Кавказ, Туркестан, Сибирь.

Кроме столичных городов и Варшавы, команды которых обладали современным снаряжением, все остальные испытывали финансовые трудности. В 1893 году из 687 городов 61 губернии в 63 городах (9,1%) на содержание пожарных средств не выделялось. В 180 городах (26,2%) на ремонт обоза, рукавов, на оплату за доставку воды из казны было выделено около 1000 руб. В 388 городах (56,5%) расходы составили от 1000 до 10 тыс.руб., а в 56 (8,2%) свыше 10 тыс.руб.

 

Во всех городах России в 1916-1917 гг. из общего количества общественных и частных построек каменные составляли 14,8 процента, деревянные — 63,9 процента, смешанные — 3,6%, прочие — 17,7 процента. В отдельных городах процент деревянных построек превышал средний показатель. Например, в Москве деревянных построек было 72 процента. 95,5 процента крестьянских дворов были целиком деревянными и только 2,5 процента – построены из негорючих материалов.

 

По расчетам российских специалистов, минимальная подача воды для успешного тушения пожара должна составлять 200 вёдер в минуту. При неблагоприятных условиях, по американским данным, на эти цели требовалось 700 вёдер воды в минуту (например, 14 стволов с расходом воды 50 вёдер в минуту и т.п.). Какие же были возможности у имевшихся насосов? Большая ручная труба обеспечивала подачу 20 ведер в минуту, средняя — от 10 до 15 ведер при высоте струи 6-7 сажень. Все имеющиеся в Санкт-Петербурге большие насосы, которых в конце XIX века там насчитывалось 5 штук, могли подать всего 100 ведер воды в минуту. Это, как видно, далеко не соответствовало норме. Такая же картина была характерна для многих крупнейших городов мира. Лучшие паровые насосы обеспечивали подачу от 100 до 250 ведер воды в минуту. Эти данные соответствуют тому случаю, когда водоисточник распложен рядом с насосом. При значительной удаленности водоисточника от места пожара положение существенно осложнялось. Выход из этого положения специалисты видели в устройстве специальных противопожарных водопроводов, которые в Нью-Йорке дали прекрасные результаты. Не надо было тратить драгоценное время на развертывание как ручных, так и паровых насосов, доставку к ним воды. Экономия времени достигалась и за счет выезда пожарных команд без полного обоза.

 

Приоритеты России в области создания пожарно-технической продукции

 

Несмотря на очевидное преимущество противопожарных водопроводов, их строительство в Европе наталкивалось на ряд трудностей. Одна из них — повсеместное строительство водопроводов, рассчитанных на хозяйственные нужды. Строительство водопроводов, рассчитанных как на хозяйственные нужды, так и потребности пожарных, требовало больших затрат.

 

Хозяйственное водоснабжение России в XIX веке также не было в состоянии обеспечить необходимое количество воды для тушения пожаров. В среднем на городского жителя приходилось 5 ведер воды в сутки (60 л). Для города со 100 тысячами населения — 500 тысяч ведер, что составляло лишь половину той нормы, которая могла потребоваться для тушения одного пожара в городе (42 тыс. ведер в час).

 

Проблема противопожарного водоснабжения на базе имеющейся водопроводной сети была блестяще решена русским инженером Н.П. Зиминым. Оригинальность водопроводов системы Зимина заключалась в использовании специальных вентилей (клапанов), посредством которых при повышении давления в сети автоматически отключалось хозяйственное водопотребление и весь дебит воды можно было использовать для борьбы с огнем. Подсоединенный к пожарному крану водопровода рукав мог обеспечить подачу до 300 ведер воды в минуту. Так, например, в Самаре за период 1877-1886 гг., когда вода доставлялась бочками, каждый пожар приносил ущерб в сумме 4 тыс. 105 руб. При введении в 1886 году в городе системы Зимина в течение шести лет эксплуатации такого водопровода ущерб от одного пожара в среднем составлял 1 тыс. 827 руб. Подобные водопроводы были сооружены в Царицыне, Москве, Тобольске, Рыбинске и ряде других городов, а их автор получил всемирное признание.

 

России принадлежит приоритет в создании целого ряда новых огнетушащих средств и пожарной техники. В 1770 году горным офицером К.Д. Фроловым разработан принцип защиты промышленных помещений автоматическими установками пожаротушения, успешно использующимися и в наши дни (типа спринклерных).

 

В XIX – начале XX века создаются принципиально новые составы, намного превосходящие по эффективности воду. Русским ученым С.П. Власовым в 1815 году разработаны три таких состава. Это стало возможным благодаря прежде всего его передовым взглядам на процесс горения и, как следствие, правильной постановке задачи: предотвратить или затруднить доступ кислорода к горящему телу. Сернистые соли железа и щелочных металлов, впервые предложенные ученым, используются при тушении в качестве составных частей огнетушащих смесей и в наши дни.

 

В 1819 году П. Шумлянский впервые формулирует идею тушения с помощью инертных газов. Спустя 70 лет после его опытов другой русский ученый М-Колесник-Кулевич дает научное обоснование этого метода. С его именем связано и научное обоснование применения порошковых составов.

 

Особую тревогу у пожарных вызывали загорания нефтепродуктов. Люди были бессильны перед морем образующегося пламени и старались обеспечить защиту лишь соседних резервуаров с нефтью. Тушить подобные пожары было нечем. В 1899 году к решению этой задачи приступил А.Г.Лоран, который после пяти лет упорного труда смог сказать: «Мое изобретение, тушение огня пеной, имеет два применения: тушение обычных пожаров и тушение горючих жидкостей, заключенных в хранилищах». Открытие Лорана имело огромное значение для всего мира. Широкое распространение химической и воздушно-химической пены стало возможным благодаря изобретению нашего соотечественника.

 

Экономическая отсталость, несовершенство практики проектирования и строительства в городах и особенно в сельской местности не позволяли поддерживать пожарную безопасность и всю систему противопожарных мероприятий на достаточном уровне. Не было условий и для развития пожарной науки, не имелось специализированных научных учреждений, связанных общими целями и задачами с органами пожарной охраны.

Уже в конце XVII — начале XVIII века создатели пожарной техники путем различных испытаний пытались получить данные об эффективности своих предложений. С этой целью в присутствии широкой публики проводятся демонстрационные опыты. Однако получить компетентные и вполне обоснованные отзывы о своих изобретениях в такой аудитории было невозможно. Вместе с тем одиночки не могли претендовать на сколько-нибудь значительную роль при решении научно-практических проблем пожарной безопасности.

Привлечение к пожарному делу техников и инженеров в значительной степени содействовало появлению новых средств тушения, пожарно-технического оборудования и т.п. В условиях конкуренции производителей, многочисленных предложений на повестку дня встал вопрос о сравнительной оценке изделий. Для обсуждения технических вопросов, обмена информацией, полученной в результате экспериментов, объединяются инженеры, архитекторы, практики пожарной охраны, общественные деятели и другие заинтересованные лица. Эти объединения единомышленников стали основой различных органов, финансируемых как государством, так и частными лицами. Создаются испытательные пожарные станции, различные комитеты (США, Англия, Германия, Франция, Бельгия). Такая же служба имелась и в России, на рынок которой более развитые страны стремились сбыть свою продукцию. В 1876 году в Санкт-Петербурге образован Комитет об устройстве пожарных инструментов, который возглавил Н.Н.Божерянов. Одна из первых работ комитета — сравнительные испытания пожарных насосов. Для проведения этих исследований Божерянов разрабатывает способы измерения, правила оценки. По его мнению насос должен был удовлетворять следующим требованиям: иметь наибольшую производительность при минимальном времени обслуживания, меньшую стоимость и массу, обладать высокой прочностью. Помимо этого учитывались и такие факторы, как удобство в работе, простота конструкции и пр.

 

Московским отделением Русского императорского технического общества на земле вблизи Мытищ, полученной от частных лиц, в 1895 году создается опытная пожарная станция. Программа работы этой станции включала решение следующих задач:

  1. Испытание на сопротивляемость огню существующих построек и новых, рекомендуемых населению.
  2. Испытание огнезащитных покрытий.
  3. Ознакомление населения с результатами огневых испытаний.
  4. Обучение постройке жилья.
  5. Учреждение выставки новых изобретений.

Следующим шагом в этом направлении явилось создание в 1896 году при Главном совете Соединенного пожарного общества Технического комитета, который возглавил П. Сюзор. Ком потенция комитета — рассмотрение изобретений, стандартизация пожарной техники.

 

С одобрения комитета на вооружение пожарной охраны поступили пенные огнетушители, распылители, пеногенераторы и другая техника. Для защиты промышленных предприятий — спринклерное оборудование, системы сигнализации и прочее.

 

Роль этих лабораторий, станций, комитетов в развитии пожарного дела трудно переоценить. С их организацией в конце ХIХ века борьба с огнем становится на научную основу. Пройдет еще несколько десятилетий, когда в России будет создано специализированное учреждение. Пока же отдельные вопросы решались в чисто практическом плане, по мере необходимости.

 

Общность целей, необходимость обмена опытом вылились в тесное международное сотрудничество пожарных деятелей всего мира. Посещение пожарных организацией, знакомство с их деятельностью дали возможность критически оценивать собственное положение дел. Результатом такого общения стало образование Международного пожарного совета, членом которого стала и Россия.

 

Реформа государственного строя в России во второй половине XIX века оказала влияние и на развитие строительства пожарного дела. Власть, общество и законодатели, хотя и осторожно, но начинают прислушиваться к советам пожарных специалистов. К этому обязывало и ежегодное уничтожение огнем больших материальных ценностей.

 

Центральный статистический комитет Министерства внутренних дел, начиная с 1860 года, стал систематизировать сведения о пожарах в России. По их данным, за 50 лет в 49 губерниях Европейской России обстановка с пожарами характеризовалась следующими цифрами.

 

Мы видим, исходя из данных, как стремительно возрастает количество пожаров и сумма нанесенного ими ущерба. Причины пожаров в 59 губерниях за период 1880-1889 гг. были следующие: от молнии — 3,6%, от неправильного устройства печей и дымоходов — 10,1%, от неосторожного обращения с огнем — 32,5%, поджог — 13,6%, неизвестные причины — 40,2%.

 

Состояние пожарной охраны накануне 1917 года

 

Как в городах, так и в сельской местности России характерным было отсутствие комплексного подхода к проблемам тушения пожаров. Выделяемые земскими управами пожарные насосы снабжались ограниченным количеством рукавов. Это приводило к тому, что на пожарах техника не могла использоваться из-за удаленности от водоисточника. Вопросы водоснабжения городов и сел не были разработаны (водопроводная сеть в начале XX века имелась в 215 городах). К тому же были случаи засыпки пожарных водоемов санитарной службой.

 

Переход пожарной команды Санкт-Петербурга на автомобильную тягу тормозился существующим законом, который требовал, чтобы город содержал свыше 300 лошадей в частях. Даже если бы части нашли источники финансирования для приобретения автомобилей, все равно город должен был бы внести в смету расходы на содержание лошадей.

 

После стихийных пожаров городские управления пытались полностью подчинить себе пожарные команды. Однако постановления Сената по этому вопросу давали разнообразные толкования. Одними указами определялось отличие полицейских и общественных пожарных команд порядком утверждения их штатов, другими — порядком комплектования. Все это усугубляло неопределенность отношений городских управлений к пожарной охране. Во многих случаях города рассматривали расходы на пожарную охрану как не обязательные, подобно содержанию тюрем, найму квартир для войск, и стремились финансировать их по штатному расписанию. Изданные около 50 лет назад, они совершенно устарели и не отражали действительной картины. Например, в Москве в 1911 году действовало штатное расписание, утвержденное в 1823 году.

 

Министерство внутренних дел предпринимало попытки изменить сложившееся положение путем издания особенных временных правил. На их основании в большинстве случаев удовлетворялись ходатайства городов о передаче пожарных команд в их ведение, но за полицией оставлялось право руководства на пожарах и контроль за состоянием команд. Такой подход оказал положительное влияние на развитие пожарной охраны. В Екатеринбурге и Нижнем Новгороде власти, например, изыскали средства на устройство электрической сигнализации; в Архангельске, Николаеве, Курске и других городах — на создание новых пожарных частей.

Пожарные обозы стали пополняться более совершенными паровыми насосами и т.п. В ряде населенных пунктов, где не имелось пожарных формирований, население активно принимает участие в их организации. Характерен пример села Шельбово Ивановской губернии, в котором пожар 1907 года уничтожил 87 домов. На сельском сходе в 1912 году жители избирают правление команды, строят депо, на собранные деньги приобретают пожарный обоз. Ежедневно от дома к дому в качестве напоминания переставляется "дежурная доска", увидев которую хозяева знали, что пришла их очередь нести вахту в депо. Эта традиция сохранялась в селе многие десятилетия. Тем не менее обстановка с пожарами продолжала оставаться сложной. Для выяснения причин, принятия надлежащих мер, Государственная Дума в марте 1910 года признала необходимым образовать в своей структуре комиссию по борьбе с пожарами в составе 23 депутатов. По мнению депутатов Думы, главными причинами пожаров являются, отсутствие в законе определенных требований о принятии со стороны земства и городов противопожарных мер; неудовлетворительное состояние градостроительства; незначительные ассигнования со стороны земских и городских учреждений на борьбу с пожарами. Ежегодный расход на противопожарные меры в России составлял 5 млн. руб., из которых половина приходилась на Санкт-Петербург, Москву и некоторые крупные города, а половина — на 1000 городов и сельскую местность. По данным МВД, расходы на пожарную охрану в 1908-1913 гг. в некоторых городах составили несколько десятков рублей — Брянск, Алушта и другие. В некоторых — несколько рублей (поселок Лудский Архангельской губернии, Бабиновичи Могилевской области и другие).   Имелись города, где на содержание пожарных денег вообще не выделялось — Кола Архангельской губернии, Балаклава Таври ческой губернии и другие.

 

2 декабря 1910 года на совместном заседании членов III Государственной Думы и Совета Императорского Российского пожарного общества был рассмотрен вопрос о необходимости подготовки законопроекта по пожарному и строительному вопросам. Участники совещания пришли к единому мнению, что необходимо в законодательном порядке установить общие принципы, которым должна удовлетворять пожарная охрана в городах и селениях, и в виду обще государственного значения этого вопроса изыскать денежные средства для финансирования мер противопожарной защиты. Комиссия III Госдумы за время своей работы под. готовила четыре законодательных предложения.

 

Предложение об изменении порядка расходования нотариального сбора на пожарные меры нашло отклик, и соответствующий закон был принят 23 апреля 1911 года. Три других, касающихся устройства пожарной охраны, контроля за страховыми оценками, создания пенсионных касс, по требовали более детальной разработки, и их было решено представить на рассмотрение IV Думы. По второму предложению предлагалось в каждом населенном пункте, насчитывающем не менее 100 домов или дворов, образовать под разделение пожарной охраны, которое по своему составу и техническому оснащению могло бы выполнять следующие задачи: прибытие к месту пожара не позднее 10 минут с момента загорания; подачу воды несколькими стволами; спасение людей, находящихся в опасности. Решение этого вопроса имело большое значение, т.к. при наличии в России на этот момент 600 тысяч населенных пунктов количество добровольных пожарных обществ и дружин не превышало 5 тысяч.

 

В 1913 году правительство России сочло необходимым разработать новый пожарный устав. Для подготовки законопроекта по этому вопросу Совет Императорского Российского пожарного общества утвердил комиссию под председательством сенатора М.А. Остроградского. К 1914 году комиссией были представлены два документа: «О пожарном уставе» и об изменениях некоторых статей уложения, относящихся к борьбе с пожарами и поджогами. Однако дальнейшая работа была временно приостановлена в связи с начавшейся Первой мировой войной. На повестку дня были поставлены не отложные задачи; обеспечение пожарной безопасности фабрик и заводов, работающих на оборону, противопожарная охрана учреждений и складов Северного фронта; предоставление льгот по призыву в армию членам добровольных пожарных обществ, расположенных в городах, не имеющих профессиональных команд.

 

6 августа 1916 года в России был принят закон «О противопожарной охране фабрик и заводов, изготовляющих предметы для действующей армии». Министру внутренних дел предоставлялось право издавать общие правила по противопожарной защите предприятий, работающих на оборону. В состав комиссий для надзора за соблюдением мер противопожарной безопасности включены были и специалисты пожарной охраны. Однако новый закон не устанавливал строгих норм по освещению, вентиляции, противопожарным разрывам, использованию строительных материалов и прочему.

 

Поднимаемые законодательными органами и общественностью вопросы борьбы с огнем требовали более активного участия государственных структур. С учреждением в 1894 году в составе Министерства внутренних дел страхового комитета и отдела, а затем в 1904 году совета и Главного управления по делам местного хозяйства руководство пожарной охраной было возложено на Особое присутствие по делам страхования и противопожарных мер совета и Отдел страхования и противопожарных мер главного управления. Не располагая достаточными штатами (по пожарному делу имелось 2 сотрудника), точными сведениями об обстановке с пожарами на местах, отдел был лишен возможности осуществлять возложенные на него функции. Это побудило министерство в ноябре 1916 г. усилить личный состав отдела страхования и противопожарных мер.

 

Служба в профессиональных командах была односменной. Рабочий день длился по 15-16 часов. О том, что труд пожарных является тяжелым, изнурительным, сопровождается травмами, увечьями, гибелью свидетельствуют сами условия их работы. С 1901 по 1914 год в России травмы различной степени тяжести получили 2300 пожарных, из которых около 10 процентов стали инвалидами, а 24 процента погибли.

Только в московской команде в 1912 году пострадало более 34 процентов личного состава пожарных. Такая же кар тина была характерна и для других городов. Пожарные за свой счет страховались в обществе "Голубой крест", чтоб; в случае увечья получить единовременное пособие. Исключение составляли брандмайоры и брандмейстеры, которым пособие выплачивала городская казна.

 

Дисциплина была палочной. За малейшие провинности наказывали розгами, назначали вне очереди в наряды, лишали увольнения. Но несмотря на низкую зарпдату, тяжелый быт, в пожарной охране продолжали развиваться боевые традиции — самоотверженность, готовность в любую минуту придти на помощь. "Каждый пожарный — герой, всю жизнь на войне, каждую минуту рискует головой", — так писал В. Гиляровский об этих людях.

 

В декабре 1916 года пожары на фабриках и заводах, вы пускающих военную продукцию, приняли массовый характер. Попытка в законодательном порядке решить вопрос об организации проверок этих предприятий и создать при от деле страхования и противопожарных мер МВД специальную комиссию успеха не имела. Дальнейшие шаги в этом направлении связаны с работой комиссии при морском министерстве под руководством П.К. Яворовского, попытавшейся скоординировать усилия всех министерств в области пожарной безопасности.

 

В начале 1917 года один из видных организаторов пожарного дела в России Ф.Э. Ландезен так оценивал сложившуюся ситуацию: «Полная неопределенность нашего законодательства, многочисленность инстанций, призванных к заведованию борьбой с огнем, случайность и произвол в их постановлениях, полная неразбериха, неопределенность, многовластие и путаница...».

 

Пожарная охрана в XX веке

 

17 апреля 1918 года издается декрет Совета Народных Комиссаров «Об организации государственных мер борьбы с огнем». Декретом устанавливается контроль противопожарного состояния городов, рабочих поселков, сельских населенных пунктов, предприятий, организаций и учреждений. Введен надзор за проектированием, строительством и реконструкцией зданий и сооружений и созданием огнестойких строительных материалов. На основе декрета органами пожарной охраны контролируется качество выпускаемых промышленными предприятиями предметов противопожарного оборудования; ведется противопожарная агитация и пропаганда среди населения; разрабатываются нормы, правила по вопросам пожарной безопасности; решаются вопросы страхования от пожаров и финансирования противопожарных мероприятий; открываются специальные пожарно-технические учебные заведения.

 

Руководство пожарной охраной в стране осуществлялось Пожарным Советом во главе с Главным Комиссаром по делам страхования и борьбы с огнем.

 

12 июля 1920 года в составе Народного комиссариата внутренних дел был создан Центральный пожарный отдел. По его представлению Совет Труда и Обороны республики 9 мая 1921 года принял постановление «О мерах к сохранению пожарных обозов и содержанию их в боевой готовности», которое запрещало использовать пожарную технику не по назначению и категорически воспрещало кому бы то ни было вмешиваться в работу руководителя тушения пожара. Основные положения этого постановления легли в основу «Боевого устава пожарной охраны», «Устава службы пожарной охраны МВД  СССР» и других документов, регламентирующих деятельность пожарной охраны.

 

В 1927 году официально утверждено положение об органах государственного пожарного надзора.

 

В 1934 году в составе народного комиссариата внутренних дел было создано Главное управление пожарной охраны с периферийными подразделениями, на которые возлагалось осуществление мер пожарной безопасности в стране.

 

В 1929 году при Центральном пожарном отделе был создан Научно-технический комитет, в 1931 году организована пожарно-испытательная лаборатория, а в 1934 году — Центральная научно-исследовательская пожарная лаборатория. В 1937 году на базе этой лаборатории был создан Центральный научно-исследовательский институт противопожарной обороны (ЦНИИПО), ныне Всесоюзный научно-исследовательский институт противопожарной обороны (ВНИИПО), который в 1987 году за успехи в деле обеспечения пожарной безопасности народного хозяйства страны и в связи с 50-летием со дня образования награжден орденом «Знак Почета».

 

В 1936 году завершилось в основном формирование пожарного надзора страны. 7 апреля 1936 года постановлением правительства определены функции государственного пожарного надзора и его права. Среди основных пожарно-профилактических мер, осуществляемых государственным пожарным надзором, особое место занимала нормативно-техническая работа по разработке противопожарных норм и правил, контролю их выполнения при проектировании и строительстве.

 

С первых дней войны против фашизма в Москве, Ленинграде, Киеве и других городах страны началось обучение населения способам и приемам тушения зажигательных авиационных бомб. Благодаря этому за весь период войны в советских городах, находящихся в местах активных действий вражеской авиации, не было массовой гибели людей в огневых штормах, как в Гамбурге или в Лондоне.

 

Пожарная охрана городов Москвы и Ленинграда удостоена высоких правительственных наград — орденов Ленина. Более 31 000 пожарных награждены орденами и медалями Советского Союза.

 

В 1946 году по решению правительства во всех крупных городах страны были организованы подразделения военизированной пожарной охраны Министерства внутренних дел.

 

В условиях массового строительства важная роль отводилась органам государственного пожарного надзора. Новые проблемы по предупреждению пожаров на химических, нефтехимических и других предприятиях привлекают внимание науки. Начинается пересмотр и разработка противопожарных требований нормативных документов, перестройка основных звеньев пожарной охраны.

 

К решению вопросов противопожарной защиты промышленных предприятий и населенных пунктов были привлечены широкие народные массы.

 

В 1954 году Совет Министров СССР принял постановление «Об организации добровольных пожарных дружин на промышленных предприятиях, стройках, базах, складах и других объектах министерств и ведомств».

В 1966 году большинство пожарных подразделений были подчинены Министерству внутренних дел СССР, что позволило существенно повысить их боеспособность и организовать в большинстве городов и сельских районов отделения и инспекции государственного пожарного надзора.

 

13 октября 1957 года Президиум Верховного Совета СССР издал Указ об учреждении медали «За отвагу на пожаре». За прошедшие годы тысячи людей награждены этой медалью.

 

Последовательная подготовка кадров для обеспечения пожарной безопасности в стране осуществляется с 1924 года, когда развертывается подготовка специалистов трех категорий: губернского, областного и краевого масштаба для организации и руководства пожарным делом, высшего командного состава для работы по предупреждению пожаров и борьбе с ними.

 

В декабре 1924 года в Ленинграде открывается пожарный техникум с трехгодичным обучением, а с 1927 года в ряде союзных республик образованы курсы для подготовки и переподготовки руководителей пожарных команд и дружин. Для подготовки специалистов открываются пожарные техникумы в Москве и Харькове.

1 сентября 1933 года в составе Ленинградского института инженеров коммунального строительства (ЛИИКС) создается отделение по подготовке инженеров противопожарного профиля со сроком обучения 5 лет.

Таким образом, к середине 30-х годов в стране создается трехзвенная система подготовки пожарных кадров (курсы, техникум, институт).

 

С 1948 года специалисты для пожарной охраны страны готовятся на созданных в Москве Высших пожарно-технических курсах (ВПТК). С ВПТК связано начало подготовки работников пожарной охраны высшей квалификации стран социалистического содружества.

 

В 1957 году в составе Высшей школы МВД СССР открывается факультет инженеров противопожарной техники и безопасности (ФИПТиБ), на базе которого в сентябре 1973 года организована Высшая инженерная пожарно-техническая школа (ВИПТШ) МВД СССР. В школе было 36 кафедр, 6 факультетов, на которых подготовлены тысячи специалистов с высшим образованием, а также высококвалифицированные специалисты для пожарной охраны ряда зарубежных стран. Инженерные кадры готовят и факультеты в Ташкенте, Иркутске, Ленинградская высшая пожарно-техническая школа.

 

30 апреля 1999 года Президентом РФ подписывается указ № 539 «Об установлении Дня пожарной охраны».

25 августа 1999 года в соответствии с постановлением Правительства РФ № 943 «Об Академии Государственной противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской Федерации» МИПБ преобразован в Академию Государственной противопожарной службы (Академия ГПС) МВД России, а затем МЧС — России.

 

Пожарная охрана на современном этапе

 

9 ноября 2001 года Указом Президента Российской федерации № 1309 Государственная противопожарная служба Министерства Внутренних дел Российской Федерации преобразована в Государственную противопожарную службу Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.

 

Источники информации:

  • viv.vstu.edu.ru — история специальности 280103 (история пожарной службы).
  • В.В. Теребнев, Н.С. Артемьев, К.В. Шадрин. Основы пожарного дела. — М.: Центр Пропаганды, 2006. — 328 с., ил.
  • pogdepo.ru — история пожарной охраны России.
  • bibliotekar.ru — Адам Олеарий. Описание путешествия в Московию.
  • fireman.ru — «Наказ о градском благочинии» от 6 апреля 1649 года.
  • vostlit.info — Адольф Лизек. Сказание о посольстве от императора римского Леопольда к Великому царю московскому Алексею Михайловичу (1675 год).

Дополнительно на Геноне:

Последнее редактирование ответа: 17.02.2013

  • Оставить отзыв

    Оставить отзыв

     

РедактироватьВ избранноеПечать

«Какова история пожарной охраны России»

В других поисковых системах:

GoogleЯndexRamblerВикипедия

В соответствии с пользовательским соглашением администрация не несет ответственности за содержание материалов, которые размещают пользователи. Для урегулирования спорных вопросов и претензий Вы можете связаться с администрацией сайта genon.ru. Размещенные на сайте материалы могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет, согласно Федерального закона №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию". Обращение к пользователям 18+.